— Кинуть вызов Тяжкому Бобру? А если он Проклянет меня? Я хочу сказать… ведь он может меня убить.

Терпкая Вишня скрестила руки на груди:

— И ты в это веришь? Неужели ты действительно веришь, что он может тебя убить?

Ветка Шалфея заколебалась под натиском доводов, подразумевавшихся в словах старухи. Та выпрямилась и подняла голову, будто приготовилась к бою.

— Но ведь он же шаман, он…

Она умолкла, вспомнив, каким нелепым и жалким всегда казался ей Тяжкий Бобр.

— А ты думаешь, он не сможет меня убить?

Терпкая Вишня пожала иссохшими от старости плечами:

— Может, пожалуй. — Пауза. — Если ты веришь, что он на это способен. Но решать все равно тебе. Я не слишком-то много знаю о том, как действует Сила, но я знаю, что человек может обороняться от нее. Я знаю, что можно сопротивляться. Но можно поддаться и умереть — если веришь, что умрешь. А ты веришь? Ты ведь знаешь Тяжкого Бобра. Ты знаешь, что это за человек. Ты выросла вместе с ним. Неужели ты веришь, что Сила пришла к нему просто так, ни с того ни с сего, едва умер Сердцевина Рога? — Старуха презрительно щелкнула пальцами.

Ветка Шалфея захватила ладонью густую прядь своих волос и стала крутить ее, пока не почувствовала, как стягивает кожу на голове:

— Я стала воспринимать его всерьез только тогда, когда он Узрел Видения.

— Вот как.

Нахмурившись, Ветка Шалфея поглядела на небо, на котором Звездная Паутина уже проступала, успокаивая душу мерцанием звезд:

— Но ведь у него не было бы Силы Духа, если бы он не был ее достоин?

Собеседница положила ладонь ей на плечо:

— Я и сама толком не знаю, что думать. Я не знаю, что происходит, почему дичь уходит, но Тяжкий Бобр всегда был слегка не такой, как все. Я со стороны наблюдала, как он растет. Не знаю, что и сказать. Его мать всегда оберегала его. Она подавляла его отца, унижала его, будто бизон, топчущий траву. Она отстраняла мальчика от обычной жизни, от игр со сверстниками. Она никогда не позволяла ему бороться за свое место в жизни наравне со всеми. Она всегда вступала в бой вместо него. Знаешь, что произошло с отцом Тяжкого Бобра? Он ушел. Забрал свою одежду и покинул вигвам. Последняя весть, что я о нем услышала, была, что он умер где-то на востоке в Племени Двух Камней.

— На беспомощного щенка Тяжкий Бобр не похож.

— С людьми, как с собаками: если их бить, они становятся трусливыми, а если не пускать в свору, то щенок потом уже к ней по-настоящему пристать не сможет. Не сможет занять место наравне со всеми.

— Ты думаешь, он…

— Не в себе? — Терпкая Вишня развела руками. — Откуда мне знать? Мы понесли столько утрат, и вполне возможно, что мы утратили и общение с Силой Духа. Сердцевина Рога всю жизнь не знал покоя из-за того, что не мог по настоящему понимать Силу. Но он старался, как мог. Он все свои силы в это вкладывал, а все равно как-то раз сказал мне, что огня у него в душе нет. Тот, у кого есть Сила, Танцует с огнем, Поет звезды.

— И вообразить немыслимо, чтобы Тяжкий Бобр Танцевал с огнем…

Терпкая Вишня засмеялась, попытавшись представить себе эту картину:

— Да уж… — Затем она вновь посерьезнела: — А тем временем Племя ждет.

— И антилопы тоже. Я… я почти что в силах…

— Да?

Смешавшись, Ветка Шалфея попыталась прояснить путавшиеся мысли:

— Не знаю. Я их чувствую. Вот и все. Они кружатся в воздухе. Ждут.

— Злобно?

— Нет. Просто… ну, не знаю.

— Тогда решайся. Ты будешь есть мясо? Пойдешь против Тяжкого Бобра? Не ты одна его не любишь. Не смотри на меня с таким удивлением. Лучше подумай. К Тяжкому Бобру льнет одна молодежь. Он расхваливает свой новый путь — говорит, коли мы его будем слушаться, так все-де лучше станет. Он нас призывает оставить старые обычаи, пойти по его пути и все переменить. Послушай стариков, Ветка Шалфея. Мы-то помним многое. Столько их уже было, кто откололся — Два Камня, Лосиное Горло, Семь Солнц… Они стали вождями отдельных небольших племен. Так мы исчезнем, будто дым на ветру, развеемся, пропадем… Этого ты хочешь?

— Но почему именно я должна…

— Мама!

От неожиданности она вздрогнула. Маленький Танцор приближался к ней неуверенными шагами.

— Да, малыш.

— Мы ведь не откажемся от мяса? Антилопы до сих пор ждут. Они волнуются. Мне снова хочется есть. Если бы ты была так же голодна, как я…

На краткий миг она ощутила его голод. Сосущая пустота в его маленьком теле передалась ей. Это чувство было так сильно, что она с трудом удержалась на ногах. Что делать? Страх перед Тяжким Бобром боролся в ее душе с мучениями голода.