Музыканты и другие танцоры издавали возбужденные возгласы и хлопать в ладоши. Это всеобщее оживление всегда сопутствовало мексиканским танцам, во время которых люди забывали о тяготах жизни. И Джинни, танцуя, забыла обо всем на свете: о Консепсьон, о своем партнере.

Несмотря на поздний час, нашлось немало желающих потанцевать с Джинни и ее партнером. Двор мгновенно заполнился танцующими парами. Все кружились то очень быстро, то замедляли темп; оставляя партнеров, дамы вихрем неслись по площадке, прихлопывая в ладоши и притопывая каблучками. Когда Консепсьон сбросила туфли, Джинни сделала то же самое. Теперь ей было совершенно безразлично, кто за ней наблюдает и что думают о ней гости Сэма Мердока.

— Я и не подозревала, что Джинни умеет так танцевать! Ах, Уильям, да она просто растворяется в музыке! — воскликнула Соня.

— Кажется, наша юная хозяйка ничуть не меньше увлечена танцем, так что не беспокойся, дорогая. После сегодняшнего празднества мексиканские танцы наверняка войдут в моду.

Джинни кружилась, забыв про усталость и головную боль. Она раскраснелась, ее волосы разметались по плечам, а на губах заиграла улыбка.

«Но где же, — подумала Соня, — мистер Мердок?» Гостеприимный хозяин неожиданно исчез после того, как к нему подошел слуга и что-то прошептал на ухо.

Танцы становились все более темпераментными. Всеобщее внимание сосредоточилось теперь на Джинни и Консепсьон, которые словно состязались. Сэм Мердок наблюдал за ними с галереи и мрачнел все больше и больше:

— Черт возьми! Мне следовало помнить, что Консепсьон может выкинуть все что угодно, как только я отвернусь.

— Похоже, княгиня не намерена уступать ей, — заметил его собеседник.

— Честно говоря, меня беспокоит девушка, — сказал Мердок. — Время от времени я поражаюсь ее необъяснимым равнодушием ко всему. Я выяснил, что она слишком часто принимает лекарства от головной боли, в сущности, не может без них обходиться. А еще какую-то микстуру. Удивительно, что ее отец смотрит на это сквозь пальцы.

— Может, вы пригласите ее на танец? Кажется, здесь есть дверь, ведущая в малый патио?

— Похоже, вы забыли о моем возрасте.

— Но ведь вы хозяин!

Сэм Мердок спустился вниз и подошел к сенатору и его супруге:

— Простите меня за исчезновение. Мне пришлось потолковать с одним из моих партнеров. Не позволите ли мне пригласить княгиню на танец?

— Мы хотели пойти отдохнуть, — заметила миссис Брендон.

— Тогда я попрошу мою воспитанницу проводить вашу дочь в спальню. Ну а сейчас, если позволите…

Лицо Сэма Мердока было по-прежнему непроницаемым. Он двинулся сквозь толпу танцующих. Музыканты, заметив хозяина, несколько замедлили темп. Джинни подняла глаза и увидела перед собой Мердока.

— Давненько уже я не танцевал под такую музыку. Теперь уж я не слишком в себе уверен — отвык от танцев, да и быстро задыхаюсь.

— Однако вы здесь, наш загадочный хозяин.

Мердок усмехнулся:

— Вы ошибаетесь. Во мне нет ничего загадочного. Я всего-навсего стареющий мужчина. Ну а еще — удачливый игрок. А вот вы великолепно танцуете. Я не видел вас прежде такой оживленной. Кстати, мне бы хотелось попросить вас об одном одолжении.

Разговаривая, они дошли до самого дальнего конца патио, удалившись от гостей. Просьба Мердока так удивила Джинни, что она даже взглянула туда, где стояли ее отец и Соня. Они уже собирались уходить и прощались с гостями.

— Я попросил у вашего отца разрешения потанцевать с вами и обещал ему, что после этого моя воспитанница проводит вас в спальню.

— Зачем, я и сама найду дорогу.

— Так что же? Вы доставите удовольствие старику?

— Конечно, да, — ответила Джинни, сама не зная, почему согласилась танцевать с Сэмом Мердоком. Может, чтобы позлить Консепсьон?

Сэм Мердок с удивительной для своего возраста легкостью закружился с ней по площадке, а затем они скрылись в темноте и оказались возле небольшой двери в стене. Мердок толкнул ее, и та бесшумно открылась.

«Как пещера Аладдина», — подумала Джинни.

Замок за ее спиной щелкнул, дверь закрылась, и они остались вдвоем в маленьком дворике в полной темноте. Здесь, за толстыми высокими стенами, окружавшими патио, музыки почти не было слышно.

В углу чуть журчал маленький фонтан. У стены росли высокие деревья, обвитые виноградными лозами.

Теперь темп музыки замедлился, и мелодия чем-то напоминала вальс.

— Так мы потанцуем?

— Но ведь вы пригласили меня на танец! — беззаботно ответила Джинни, внезапно почувствовав тяжесть на сердце. Может, Мердок ничем не отличается от других мужчин — просто ведет себя более умело и не спешит. И зачем только она пришла с ним в этот уединенный дворик?

Тут Джинни заметила двух телохранителей, одетых в черное. Они стояли возле стены. Неужели же он никому не верит?

Мердок налил ей бокал вина из хрустального графина, стоявшего на каменном столике, и печально сказал: