— Я не уйду без них! — кричала Джулиана, вырываясь от Квентина.

— Джулиана, прошу тебя, хоть раз в жизни послушайся меня, — попросил ее Тарквин.

— Не беспокойтесь, — шепнул ей Квентин. — Тарквин договорится, чтобы ваших подруг освободили.

Джулиана внимательно посмотрела ему в глаза, потом перевела взгляд на графа и уверилась в его искренности.

— Розамунд слишком слаба, чтобы идти самостоятельно, — сказала она деловито. — Надо раздобыть для нее носилки.

— Предоставь это мне, — ответил Тарквин. — А сама отправляйся на свежий воздух. Здесь невозможно дышать… Блоггс, на пару слов, — обратился он к начальнику тюрьмы, который, предчувствуя легкую наживу, стал вдвойне предупредительным. Они вместе вышли в коридор, прикрыв за собой дверь.

Джулиана позволила Квентину вынести себя на улицу. Когда они оказались на залитом солнечным светом внутреннем дворике тюрьмы, она полной грудью вдохнула воздух и спросила:

— Вы раньше знали о существовании таких мест, Квентин?

— Да. Но я никогда не бывал внутри, — сдавленно произнес он. Ужас, в который повергла его атмосфера тюрьмы, ледяным холодом сковал ему сердце. Квентин не останавливаясь пронес Джулиану через весь двор к калитке, словно боялся, что пламя ада, из которого им удалось таким чудом спастись, может настичь и опалить их своим дыханием.

— Я не смирюсь со своим поражением, — решительно заявила Джулиана, оказавшись за воротами тюрьмы и твердо встав на ноги. — Я не допущу, чтобы эти проклятые бандерши одержали надо мной верх.

— Ради всего святого, Джулиана! Вы что же, собираетесь в одиночку бросить вызов всему порочному, что есть в нашем обществе?

— Ну почему же в одиночку?! — возразила Джулиана. — Мне помогут такие люди, как вы. Те, которым противно видеть нищету и униженность других, встанут на мою сторону. И тогда этот мир можно будет изменить.

Квентина до глубины души тронула восторженная решимость Джулианы, и он не стал разрушать ее идеалистические мечты своими отрезвляющими замечаниями.

— А вот и Тарквин, — с облегчением вздохнул Квентин, когда в воротах появился граф с Розамунд на руках. Рядом с ним шла Лили, а позади плелся сияющий Иеремия Блоггс. Он был занят подсчетом купюр, которые граф выложил ему за освобождение девушек. Тарквину было противно торговаться, поэтому он просто отдал начальнику тюрьмы все деньги, которые у него были при себе. Откровенное презрение, которое Тарквин испытывал к Блоггсу и даже не пытался скрыть, отнюдь не трогало тюремщика и не мешало ему наслаждаться результатом удачной сделки.

Джулиана бросилась навстречу Тарквину:

— Нужно отвезти Розамунд к врачу… хотя нет, Хенни позаботится о ней едва ли не лучше любого врача. Девушки не могут вернуться на Рассел-стрит до тех пор, пока мы не выясним, знает ли госпожа Деннисон обо всей этой истории и как она к ней относится.

Ну вот, Джулиана снова превращает его особняк в дом призрения для хворых и опальных проституток! Тарквин в глубине души мрачно ухмыльнулся, но сдержался и усадил Розамунд в коляску, стремясь как можно скорее доставить Джулиану домой.

Квентин сел в коляску и посадил Розамунд к себе на колени. Лили, притихшая и бледная, до сих пор не верила в свое счастливое избавление.

— Мне здесь не хватит места, — сказала Джулиана. — Я возьму кеб… Ах да, у меня нет денег. Ваша светлость, не могли бы вы…

— Нет, не мог бы! — взорвался Тарквин. — Если ты думаешь, что, разыскав тебя с таким трудом, я позволю тебе снова скрыться, ты глубоко заблуждаешься, дитя мое. — Он подсадил ее на откидную ступеньку и подтолкнул вперед, с обычной фамильярностью хлопнув пониже спины. — Придется тебе уж как-нибудь втиснуться.

— Я могу попробовать, но мешает кринолин, — ответила Джулиана, пытаясь разместиться на сиденье между Лили и Квентином.

— Тогда сними его.

— Прямо здесь? — Она растерянно осмотрелась кругом.

— Да, здесь. Вылезай обратно. — Тарквин помог Джулиане снова спуститься на землю. — А теперь повернись и подними юбки.

После недолгого колебания Джулиана послушалась. После всего, что ей пришлось пережить за последние сутки, снять с себя кринолин среди белого дня на оживленной улице было парой пустяков. Джулиана заметила, что Квентин отвернулся в ту секунду, когда она подняла юбки, и мысленно поблагодарила его за это.

Тарквин развязал ленты на талии и освободил ее от жесткого каркаса из китового уса. Оставив его лежать на тротуаре, он снова усадил Джулиану в коляску и поднялся следом за ней.

Джулиана подобрала ставшие мягкими складки юбки и постаралась разместиться поудобнее. Тарквин придавил ее к спинке сиденья своим мощным плечом, и она оказалась зажатой, как в тисках, между ним и Лили. Джулиана взяла Лили за руку, и та улыбнулась ей. Они обе взглянули на Розамунд, неподвижно лежащую в объятиях лорда Квентина. Широко открытыми глазами девушка безучастно глядела на чистое голубое небо, и на ее бледное лицо постепенно возвращался румянец.