Вошла Маргарет, одетая в строгое шерстяное платье, застегнутое до самой шеи. В руках у нее был поднос с чайными принадлежностями.

— Не заняться ли мне завтраком? — Диндра покачала головой.

— Мы думали, что здесь есть слуги. Если мы собираемся прожить здесь до мая, может, мне нанять кого-нибудь?

— Ой нет! — Софи произнесла это слишком поспешно, и все посмотрели на нее. Она заставила себя улыбнуться, думая при этом о своих ограниченных средствах и о том, что о покупке тиары, к сожалению, не может быть и речи. Улыбка ее была неуверенной. — Я считаю, что лучше подождать, пока я не выясню ситуацию с домом, а уже потом нанимать слуг. Пока мы можем все делать сами.

— Мы будем исполнять работу по дому? Софи, ты, случайно, не заболела? — спросил Генри.

— Я прекрасно себя чувствую. — И она решительно поднесла смычок к струнам и провела им взад — вперед.

— Конечно, она чувствует себя прекрасно, — пожала плечами Маргарет. Настроение у нее значительно улучшилось после того, как она получила приглашение от некоей родственницы провести выходные в ее загородном доме. — И она права. Нам вовсе ни к чему, чтобы тут вертелись посторонние люди. Достаточно того, что здесь постоянно присутствует мистер Хоторн, да еще эта его секретарша, не говоря уж о клиентах, — этот дом просто лопается по швам. — Она поставила поднос на стол и продолжила: — Кстати, о домах, лопающихся по швам, — как вчера прошел прием?

Смычок дернулся, и вместо до послышался грязный визжащий звук.

— Неужели все было так хорошо? — спросил Генри, усаживаясь в кресло с подголовником прежде, чем в него успела опуститься Диндра.

— Вон с моего места!

— А ты сядь на диван, — отозвался Генри со смешком. Диндра выпрямилась во весь свой величественный рост.

— Там собака.

— Одного поля ягоды должны держаться вместе… — В комнате на мгновение воцарилось молчание, а потом Диндра с угрожающим видом направилась к Генри. Но тут вмешалась Софи, взмахнув между ними смычком, точно флагом, призывающим к перемирию.

— Детки, детки…

Генри фыркнул и втиснулся в мягкую кожу кресла, держа кофейную чашку перед собой как щит.

— Генри, мне кажется, что такое поведение не пристало джентльмену, — мягко упрекнула его Софи. Маленький человечек криво усмехнулся:

— С каких это пор ты стала заботиться о пристойности?

— С тех пор, как мы приехали сюда, — вмешалась Маргарет. — Разве ты не заметил, сколько времени она потратила, решая, как ей одеться на вчерашний прием?

— Вот как? — задумчиво протянул Генри.

— По правде говоря, она немного изменилась за последнее время, — заметила Диндра.

— «Она», между прочим, находится здесь! — вспылила Софи. — И «она» ничуть не изменилась.

— Ax вот как?

— Да, вот так!

И с этими словами она принялась за очередную популярную вещицу — переложение фрагментов из известной оперы, и исполнила ее в быстром темпе.

— Я так понимаю, что вчера вечером не все было хорошо, — осторожно заметила Маргарет.

В ответ Софи дернула за струны, найдя сердитое фа-диез, прозвучавшее диссонансом среди остального.

— Ах ты Господи, — вздохнул Генри, вставая с кресла.

— Расскажи же, что случилось, — попросила Диндра, опускаясь в освободившееся кресло.

Маргарет, Генри и Диндра окружили Софи и наклонились к ней.

— Не о чем рассказывать.

Раздался стук в парадную дверь. Они не обратили на него внимания.

— Конечно, тебе есть что рассказать. Ты играешь увертюру к «Дон Жуану», только когда огорчена.

Снова раздался стук, затем зазвонил звонок. Они даже не взглянули в ту сторону.

— Много ты понимаешь, — проворчала Софи. — Я просто собираюсь добавить эту вещь к моему репертуару.

— Тогда я — королева Англии, — фыркнул Генри. Диндра бросила на него сердитый взгляд.

— Значит, мы должны добыть для тебя тиару.

— Очень смешно, Ди.

— И я так думаю.

— Хватит! — вмешалась Софи. — Мы столько времени вместе, пора вам научиться ладить друг с другом.

— Да мы и так ладим. — Генри вскочил и поставил свою чашку рядом с чашкой Диндры. Потом вытащил высокую Диндру из кресла и обнял. Головой он доставал лишь до ее груди. — Я обожаю вас, Диндра — воскликнул он, и восклицание это потонуло в ее роскошном бюсте.

Диндра рассмеялась, и даже Маргарет не смогла сдержать невольной улыбки. Софи покачала головой, и внезапно ее охватила нежность к этим людям, которых она собрала вокруг себя. И в этот момент послышался звук открывшейся двери.

— Я помешал?

Софи, Диндра и Маргарет повернулись и увидели Грейсона, стоящего в дверях восточной гостиной. Генри не слышал ничего.

В руке Грейсон держал шляпу; его тяжелое пальто было застегнуто на все пуговицы, и только кусочек шерстяного шарфа виднелся у шеи. Его мощная фигура заполняла весь дверной проем. Софи показалось абсурдным, что он выглядит так хорошо, так спокойно, словно вчера он всего лишь пригласил ее на чашку чая. По крайней мере у него могло бы хватить вежливости казаться расстроенным.