Мэгги улыбнулась.

– Вы многого обо мне не знаете, Абрам. Думаю, вам следует чаще появляться в «Серебряной Леди».

Абрам покраснел.

– О боже, мисс Магнолия, вы же знаете, как отнесется к этому моя Сара.

– Можешь отправить эту телеграмму сразу же, Абрам?

Он кивнул.

– Конечно, мисс Магнолия. Я сделаю это немедленно.

Мэгги направилась к выходу. Как только она закрыла за собой дверь, улыбка исчезла с ее лица. Теперь, после того, что произошло в Новом Орлеане, им надо торопиться. Если Юг падет, все их планы останутся на бумаге.

Трэвис сел на край кровати рядом с Сюзанной. Та отвернулась от него.

– Все будет в порядке, Сюзанна, – тихо произнес Трэвис.

Сюзанна всхлипнула и едва заметно вздрогнула.

Трэвис обнял ее за плечи и привлек к себе. Он ожидал от Сюзанны сопротивления, но вместо этого она сразу же прижалась к груди мужчины и крепко обняла его за шею.

– О, Трэвис, они заняли Новый Орлеан.

– Я знаю, – прошептал Трэвис. Он обнял Сюзанну за талию и притянул ближе к себе, наслаждаясь исходившим от нее ароматом жасмина.

– Это так ужасно, Трэвис. Они уже в наших домах. – Голос Сюзанны дрожал, и она была готова расплакаться. – Сама мысль об этом ужасна.

– Я знаю, – снова повторил Трэвис, осторожно убирая волосы, упавшие ей на лицо. Его пальцы слегка коснулись шеи Сюзанны.

– Теперь там военное положение, Трэвис. – Она подняла голову, посмотрела ему прямо в глаза и заплакала. Отчаянно моргая, Сюзанна пыталась успокоиться, но слезы продолжали катиться по ее щекам тонкими струйками.

Трэвис еще крепче обнял женщину, и Сюзанна неожиданно почувствовала, что тонет в бездонной глубине его серых глаз. Все проблемы, мучившие ее до сих пор, отошли куда-то далеко, замененные одной мыслью, одним страстным желанием. Сюзанна ощутила странное единение с Трэвисом. Возможно, это чувство возникло у нее впервые в жизни. Она ощущала на своей щеке теплое дыхание Трэвиса; исходивший от него аромат вина и дорогих сигар вызывал у Сюзанны легкое головокружение. Сильная рука Трэвиса сжимала ее ладонь.

Сюзанна осторожно высвободила свои пальцы. Этот человек обещал жениться на ней и любить ее всю жизнь. Это человек, которого она проклинала в течение последних семи лет. Но именно о нем Сюзанна мечтала по ночам, находясь в одиночестве в своей темной комнате.

Половина ее натуры ненавидела Трэвиса, но другая половина горячо любила и всегда знала о том, что в итоге она все равно будет принадлежать ему. Именно вторая половина управляла сейчас мыслями и действиями Сюзанны.

Она положила руки ему на грудь, затем на плечи и в конце концов обняла Трэвиса за шею и притянула к себе. Губы их соединились в горячем поцелуе.

Их объятия казались крепче тюремной решетки, с той лишь разницей, что это было добровольное заключение. Трэвис крепко прижал к себе женщину, и их тела слились в единый силуэт – тень, отбрасываемую на стену лампой, стоявшей за их спинами. Это стало и слиянием двух сердец, соединившихся в бешеном стуке. Прикосновения Трэвиса пробудили в Сюзанне давно дремавшие желания, которые она вдруг совершенно разучилась сдерживать. Любовный голод управлял ее руками, обнимавшими Трэвиса, скользившими по его волосам и шелку рубашки. Вспомнив те ощущения, которые доставил ей последний поцелуй Трэвиса, Сюзанна решила вернуть эти прекрасные мгновения.

Крики и шум, исходившие извне, перестали быть реальностью для них обоих. Весь внешний мир, казалось, растворился в водовороте чувств, охвативших Трэвиса и Сюзанну.

Все, что волновало Трэвиса, это женщина, сидевшая рядом с ним. В нем все сильнее нарастало желание: глубокое, горячее, разливающееся по всему телу, каждой его клеточке, выплеснувшееся сильным, почти болезненным потоком.

Сюзанна, ошеломленная приливом эмоций, о которых она раньше только мечтала, слегка отодвинулась от Трэвиса, впрочем, не прекращая их затянувшегося поцелуя. Ее руки скользнули по его шее. Ловким движением Сюзанна развязала узел галстука, а затем начала расстегивать пуговицы рубашки.

Трэвис удивленно смотрел на Сюзанну, наслаждаясь прикосновением ее тонких пальцев к его коже. Он одним движением сбросил с себя рубашку, после чего Сюзанна слегка толкнула его в грудь и заставила лечь. Ее губы целовали шею мужчины, а руки оказались на его талии, освобождая брюки от поясного ремня.

– Сюзанна, – дрожащим голосом произнес Трэвис. Его руки гладили шелковистые волосы женщины.

Губы Сюзанны вновь коснулись его груди. Обжигающий любовный голод пронзил тело Трэвиса. Сюзанна продолжала целовать его, спускаясь все ниже и ниже.

– Сюзанна, ради бога! – воскликнул Трэвис. – Ты соображаешь, что делаешь?

Сюзанна, казалось, не слышала его. В эти минуты ею управлял инстинкт. Она совсем мало знала о мужском теле, и ей хотелось лучше узнать его, постоянно ощущать его прикосновения. Вдвойне приятно было то, что первым мужчиной в ее жизни станет именно Трэвис Брэгит, человек, пренебрегший ею семь лет назад.

Пальцы Сюзанны скользнули под резинку его трусов.

– О боже, – прошептал Трэвис. Его тело содрогнулось и рассыпалось тысячами искр. Он уже не мог сдерживать свои эмоции. Трэвис притянул к себе женщину и поцеловал ее страстным изголодавшимся поцелуем. Это был поцелуй победителя, и в то же время поцелуй-просьба. Сюзанна не могла не ответить на него.