Шрифт:
Внезапно он выпустил ее из своих объятий и твердым шагом направился к двери.
– К обеду меня не ждите, – буркнул он на ходу и вышел, оставив ее посреди комнаты.
Глава 7
Калеб расположился за задним столиком салуна «Три королевы», зажав в ладони стакан с виски и стараясь представить себя членом «Сток гроверз ассошиэйшнз», примерным прихожанином, вносящим постоянные месячные взносы в казну местной школы.
Горожане Шайенна принимали Дункана Страйкера только потому, что он был очень богат, а в те времена богатство было еще внове. Однако Калеб понимал, что сейчас его, наследника состояния своих родителей, не станут особо приветствовать, раз он, полукровка, столько лет состоял на службе у правительства и ловил преступников.
Однако если еще пару дней назад он был тверд в решении немедленно переехать на ранчо и заняться разведением скота, то сегодня с удивлением обнаружил, что уже не так стремится уехать из города.
Единым глотком допив виски, Калеб уставился в пустой стакан и задумался. Может быть, самым лучшим для него было бы приспособиться к спокойной цивилизованной жизни и навсегда забыть о прошлом?..
Он снова наполнил стакан и медленно повертел его в ладонях, наблюдая, как янтарная жидкость переливается на свету. Почему он не дал Келли денег, чтобы она смогла уехать? Что его остановило? Почему захотел, чтобы девушка осталась? Она для него слишком молода. К тому же так наивна, так чиста и доверчива. Не надо было нанимать ее на работу, ох, не надо было! Но почему-то ему отчаянно не хотелось, чтобы она уехала из города и обосновалась где-то в другом месте. С другим мужчиной.
Надоело жить в одиночестве. Слишком уж долго это продолжается. Хватит.
Калеб расплатился, вышел во двор и глубоко вдохнул свежий воздух. Вернуться назад, сыграть партию в покер? Нет, лучше вернуться домой.
По пути он проехал мимо Шайеннского клуба, что на 17-й Восточной улице. Интересно, мелькнула мысль, действительно ли там царит то великолепие, о котором он был наслышан? Как говорили, там была огромная гостиная, несколько комнат для игры в карты, читальный зал, бильярдная и просторные помещения для отдыха на втором этаже. Шеф-повара специально пригласили из Канады.
Проезжая мимо, Калеб насчитал девятнадцать столбов для привязывания лошадей и огромную стоянку для экипажей. Ему были известны строгие правила, предъявляемые клубом своим членам: никакого богохульства в его стенах, никаких попоек, драк, мошенничества за игорным столом, а по воскресным дням играть в карты вообще запрещалось. Вход женщинам также был категорически воспрещен.
Калеб думал, что Келли давно спит, когда наконец он вернулся домой, однако он застал девушку в гостиной с расписанием движения поездов на коленях.
– Вы еще не ложились? Уже поздно.
– Но вы тоже только что приехали, – последовал ответ.
Калеб хмыкнул. Опустившись в одно из кресел напротив дивана, он ткнул пальцем в расписание.
– Куда-нибудь собираетесь?
– Да, и как можно скорее.
– И куда хотите ехать?
– Еще не решила. Может, в Дуранго. Или в Калифорнию. Мне давно хотелось увидеть Сан-Франциско.
– Я бывал в Дуранго, и во Фриско тоже. Все города похожи, все на одно лицо.
– Вполне возможно.
– И люди везде одинаковы.
От Келли не укрылись нотка горечи в его голосе и мгновенно посуровевший взгляд.
– Что вы имеете в виду?
– Ничего, забудьте. – Девушка промолчала и только посмотрела на него глубокими, как море, глазами. Калеб нахмурился. – Вам понравится Сан-Франциско.
– А вам? Вам он понравился?
– Я ездил туда не для развлечений. Мне надо было разыскать одного… человека. И как только я его нашел, мы сразу уехали.
Келли закусила губу. Интересно, увез ли Калеб его живым? По городу ходило множество слухов о Калебе Страйкере, безжалостном охотнике за преступниками, человеке без сердца, который не моргнув глазом может запросто прикончить пойманного.
Ей захотелось спросить, за кем он гонялся в Сан-Франциско, скольких людей убил, но она сдержалась. Куда безопасней беседовать о Калифорнии.
– Вы видели Тихий океан?
– Да.
– Он красив?
– Он бескраен. – Заметив разочарование в ее глазах, Калеб добавил: – И красив.
Лицо девушки порозовело, и он понял, что она сейчас представляет себе великолепные океанские просторы. До чего же она прекрасна, в который раз подумал он, какая чудесная гладкая кожа, какие фантастические глаза!
– Уже поздно. – Калеб поднялся из кресла и направился к лестнице.
– Мистер Страйкер!
Остановившись, он посмотрел на нее через плечо.
– Завтра воскресенье. Вы пойдете в церковь? Губы метиса скривились в мрачной ухмылке.
– Думаю, обойдусь без подобных зрелищ.
Придя на богослужение, Келли почувствовала, как все взгляды сразу обратились к ней. Она прошла по проходу между рядами, села на скамью, аккуратно расправив юбку, и, сложив руки на коленях, уставилась прямо перед собой в витражное стекло за кафедрой проповедника. Спаситель на витраже был изображен в виде Доброго Пастыря – с посохом в левой руке и маленькой белой овечкой на сгибе правой.