– Сперва мне нужно их услышать.

– Конечно, – сказал Карелла. – Во-первых, не могли бы вы сказать, упоминала ли миссис Ньюмен о том, что ее муж может покончить жизнь самоубийством?

– Упоминала, – ответил Бролин.

Этот мгновенный ответ удивил Кареллу – он уже был готов к длинному рассуждению о конфиденциальности. Застигнутый врасплох, он кивнул и переспросил:

– Она говорила об этом?

– Да.

– Когда это было, доктор Бролин?

– Несколько раз.

– Она говорила, что боится, как бы ее муж не покончил жизнь самоубийством?

– Она говорила, что он угрожает покончить жизнь самоубийством.

– А не говорила – почему? – спросил Карелла.

– Ну, этот человек страдал алкоголизмом, – сказал Бролин. Он поставил локти на стол, сложил пальцы домиком и принялся смотреть на Кареллу поверх них. Карелла обнаружил, что глаза у него ярко-голубые.

– Постепенно, – продолжал Бролин, – ему становилось все труднее справляться со своими проблемами. Работа помогала мало. Он был вольным художником, работал по договорам и большую часть времени проводил в одиночестве. Без обычных компромиссов и обмена мнениями – того, что называется социальными отношениями, того товарищества своего рода, которое обычно существует в атмосфере делового офиса, магазина или любой другой организации, – его проблемы сделались неразрешимыми. Я не раз предлагал миссис Ньюмен посоветовать ему обратиться за помощью. Но, по-видимому...

– Какой именно помощью?

– Психиатрической.

– И что он на это ответил?

– Он отказался. Он каждый раз отвечал ей, что вполне способен сам распоряжаться собственной жизнью. И вот... – Бролин вздохнул. – И вот он покончил с собой. Видимо, счел это лучшим способом распорядиться...

Карелла кивнул и спросил:

– Доктор Бролин, а эти угрозы покончить жизнь самоубийством имели место до составления завещания?

– Какого завещания? – спросил Бролин.

– В прошлом месяце мистер Ньюмен составил новое завещание.

– О Господи! Да он грозился покончить с собой почти все то время, что миссис Ньюмен лечилась у меня.

– То есть это не было чем-то новым.

– Вовсе нет.

– Доктор Бролин, миссис Ньюмен когда-нибудь обсуждала с вами вопрос о разводе?

– Я боюсь, что, ответив на ваш вопрос, я нарушу тайну личности пациента.

– А вам не кажется, что вы на него уже ответили?

– Возможно, – улыбнулся Бролин. – Да, она обдумывала возможность развода.

– А что вы ей посоветовали?

– Мистер Карелла, в обязанности психиатра не входит давать советы. Моя задача – помогать пациентам принимать взвешенные решения.

– Когда она впервые обсуждала с вами вопрос о разводе?

– Где-то в прошлом месяце.

– Доктор Бролин... Как вы думаете, могла ли миссис Ньюмен знать о новом завещании мужа?

– Я впервые узнал о существовании какого бы то ни было завещания от вас, несколько минут назад.

Упоминание о времени, видимо, заставило Бролина вспомнить о пациенте, ожидавшем в приемной. Он взглянул на часы.

– У меня еще пара вопросов, – сказал Карелла, тоже посмотрев на часы. – Когда миссис Ньюмен обсуждала с вами вопрос о разводе, не упоминала ли она о том, что это имеет отношение к завещанию ее мужа?

– Я же вам только что сказал...

– Я имею в виду тот факт, что мистер Ньюмен оставил все свое состояние владельцу картинной галереи по имени Луи Керн.

– Это имя никогда не упоминалось в моем кабинете.

– Доктор Бролин, я пытаюсь выяснить, могла ли миссис Ньюмен испытывать негодование...

– Негодование?

– Да, по поводу того, что муж оставил ей в наследство только сравнительно небольшую сумму страховки, в то время как в своем завещании...

– Даже если она и знала о таком завещании, здесь она о нем ни разу не упоминала.

– Доктор Бролин, с точки зрения...

– Мистер Карелла, я должен извиниться, но меня ждет пациент.

– Один последний вопрос!

– Пожалуйста.

– С точки зрения профессионала, как вы считаете, мог ли человек, испытывавший стойкое отвращение к любым медикаментам, добровольно принять смертельную дозу секонала?

– Я не могу ответить на этот вопрос, не ознакомившись подробно с историей человека, которого вы имеете в виду.

– Вы, наверно, догадываетесь, что я имею в виду...

– Мистера Ньюмена. Но я знаю о нем только то, что его жена рассказывала мне здесь, в кабинете. Мне недостает эмпирических данных, чтобы вынести профессиональное суждение.

– Понятно, – сказал Карелла и встал. Он протянул руку через стол. – Спасибо, доктор Бролин, – сказал он. – Благодарю за помощь.

– Рад был помочь, – ответил Бролин.