– Ключ от вашего номера.
– Он протянул руку.

– Вы шутите.

– Ключ.

Холли отдала ему ключ.

– Полегче, мистер Бьюкенен. У меня в номере ваших так называемых вещей нет.

– Где они? В комнате Теда?

Она не ответила.

– Я не шучу, Холли. Ни вам, ни вашему дружку лучше не попадаться с моими вещами. Это вредно для здоровья.

Ее лицо слегка побледнело, точно Холли наконец осознала серьезность своего положения.

– А что я получу взамен?

– Душевное спокойствие.

– Не густо.

– Что вы хотите?

– Продолжить наш разговор.

– Я сказал, что через полчаса вернусь.

Холли пристально посмотрела ему в глаза.

– Хорошо. Они в номере Теда.
– Ключа у вас, конечно, нет.

– Есть.
– Она подала ему ключ.
– На случай, если мне потребуются ваши вещи, а Теда не окажется поблизости.

– Очень умно с вашей стороны.
– Бьюкенен вылез из такси.

– Когда будете укладывать мои вещи, поосторожнее с нижним бельем. Оно дорогое, не порвите кружева.

Бьюкенен уставился на нее, потом захлопнул дверь.

7

Путь длиною в два квартала показался ему двумя милями. По дороге Бьюкенен снял с головы повязку и бросил бинт в урну. Он то и дело утирал со лба пот и щурился от солнца. Когда он наконец попал в прохладный сумрак гостиничного холла, боль в висках слегка утихла.

Вместо того чтобы сразу подняться в комнату Теда и потом зайти к Холли, он решил проверить, нет ли для него сообщения. Незаметно огляделся вокруг: за ним могут следить.

И точно. В кресле справа от входа сидел коренастый молодой человек в полосатом синем костюме и читал газету.

Место для наблюдения было выбрано очень удачно: молодой человек видел входящих раньше, чем они успевали его заметить. Небрежный, но пронзительный взгляд агента чуть задержался на нем и скользнул мимо. Как истинный профессионал, человек в синем костюме не подал виду, что узнал Бьюкенена.

Так, они обложили гостиницу.

"Однако следят не за мной", - подумал Бьюкенен.

Им нужна Холли.

Не обращая внимания на человека с газетой, Бьюкенен подошел к регистрационной стойке и стал ждать, пока клерк закончит разбираться с клиентом. Наконец тот освободился.

– Что-нибудь желаете, сэр?

– Для меня ничего не оставляли? Я живу в номере...

Клерк выжидающе улыбнулся.

– в номере...

– Да, сэр?

– ...черт, - Бьюкенен чувствовал, как у него учащается пульс.
– Не могу вспомнить. Когда я уходил, то оставил ключ на вахте. Хоть убей, не помню, какой на нем был номер.

– Не беспокойтесь, сэр. Скажите, как вас зовут, компьютер в два счета отыщет, в каком номере вы остановились.

– Виктор Грант, - машинально ответил Бьюкенен. Пальцы клерка забегали по клавишам компьютера. Он уставился на экран, потом нахмурился.

– Простите, сэр, но в компьютере вас нет.

– Должен быть. Посмотрите еще. Виктор Грант.

– Нет, сэр.

Боже, внезапно понял Бьюкенен.

– Извините, я ошибся. Брендан Бьюкенен. В первый раз я сказал не то имя.

– Не то имя? Что вы имеете в виду, сэр?

– Понимаете, я - артист. У нас здесь съемки фильма, и моего героя зовут Виктор Грант. Я так часто откликаюсь на это имя, что почти забыл свое собственное... Полностью вошел в роль. За одно это можно дать "Оскара".

– А о чем фильм, сэр?

– "Большой и легкий", случайно не смотрели?

– Конечно, смотрел. Я не пропускаю ни одного фильма про Новый Орлеан.

– Ну вот, мы снимаем продолжение.

– Нашелся ваш номер, сэр. Брендан Бьюкенен. Комната 12-14. Для вас ничего не передавали.

– Дайте ключ, пожалуйста.

– А еще в каких фильмах вы снимались?
– спросил клерк, протягивая ключ.

– Ни в каких. Я работал в театре. Это мой первый опыт. Благодарю вас.

Бьюкенен прошел к лифту и нажал кнопку вызова. Он чувствовал, что клерк смотрит ему в спину. Главное - не оглядываться. Стой спокойно и не оборачивайся.

Виктор Грант? Плохо дело, приятель. Когда ты вышел из больницы, то сделал такую же ошибку. Сказал сиделке, что тебя зовут...

Стоп. Это не одна и та же ошибка. В тот раз ты назвался Питером Лэнгом. А теперь...