Шрифт:
– Наконец-то тебе это удалось.
– Холли передернула плечами, точно от холода.
– Что?
– Ты меня снова испугал. Только я пришла в норму, как ты опять напомнил мне...
– Я же говорил: для них норм не существует.
– Да, извини, я забыла.
11
Они вышли на лестницу черного хода. На третьем этаже Холли предстояло вызвать лифт и спуститься в холл. У тех, кто наблюдает внизу за перемещением цифр на световом табло над дверью лифта, должно создаться впечатление, что она весь вечер просидела в номере Майка Хамильтона.
– Если остановят, громко говори, чтобы тебя оставили в покое, пригрози, что позовешь полицию. Но если дело станет серьезным, выложи им такую версию: ты работаешь над статьей об исчезновении Марии Томес и пытаешься выяснить, какое отношение к этому имеет Драммонд. Скажи, что на тебя вышел один из его служащих. Этот человек зол на хозяина и намерен с ним посчитаться. Однако он не хочет "светиться" и поэтому не называет своего настоящего имени. Пока что ничего серьезного от него узнать не удалось.
Они достигли лестничной клетки третьего этажа, и Бьюкенен взмахом руки показал Холли, чтобы та задержалась. Осторожно выглянул в коридор и отступил на шаг назад. Выражение его лица заставило журналистку нахмуриться.
Жестом он приказал ей следовать за ним.
– Нужно спешить. Возле номера Майка Хамильтона - два человека.
Перед тем как покинуть комнату 512, Бьюкенен собрал свои вещи, уложив в дорожную сумку книги и папки с материалами. Затем заполнил карточку гостя и положил ее на кровать. Он написал в ней, что Майк Хамильтон тоже уезжает из отеля; но все расходы, как условлено, за счет кредитной карточки Чарльза Даффи.
– Не хочу, чтобы меня начали разыскивать за бесплатное проживание в гостинице. Так. Все готово. Пошли.
Они спустились на первый этаж и остановились у двери в холл.
– Подожди, пока из лифта выйдут люди. Иди вместе с ними. Где ты живешь?
Она назвала адрес.
– Я выйду через минуту после тебя. Возьму такси вслед за тобой и, если не будет "хвоста", проеду мимо твоего дома. К тому времени ты уже будешь у себя. Зажги свет в комнате и открой окно. Если я увижу открытое окно, буду знать, что у тебя вес в порядке.
– Такси? У меня машина.
– Тогда доберешься еще быстрее. Сейчас откроется лифт. Иди.
Она дотронулась до его щеки.
– Будь осторожнее.
Холли ушла, а Брендан еще долго чувствовал прикосновение ее пальцев.
12
– Бьюкенен!
Должно быть, сказывается усталость.
– Бьюкенен!
Или причина кроется в разговоре с Холли. Хотя он приехал в Вашингтон, считая себя Питером Лэнгом, использующим имена Чарльза Даффи и Майка Хамильтона, она снова напомнила ему о том, кто он есть на самом деле.
– Бьюкенен!
Поэтому, когда его окликнули, Брендан инстинктивно дернулся посмотреть, кто его зовет. Этого делать не следовало. Мгновенно поняв свою ошибку, он не стал оборачиваться и зашагал дальше под дождем по окутанной туманом улице. Однако преследователь успел заметить его мимолетное движение.
– Стон! Бьюкенен!
Бьюкенен не стал ускорять шаг. Ничто в нем не выдавало напряжения, которое он испытывал. А нервы были на пределе. Сзади послышались быстрые шаги. Похоже, преследователь один. Бьюкенен не решился проверить свое предположение.
Время уже позднее: половина одиннадцатого. Улица пуста. Лишь изредка блеснет фарами машина и тут же исчезнет за туманной пеленой сырого вечернего воздуха. Выйдя из отеля, Бьюкенен с непринужденным видом огляделся по сторонам и, не заметив ничего подозрительного, свернул с Массачусетс-авеню на 21-ю улицу.
Только сейчас, почувствовав, как учащенно забилось сердце, он осознал, что на 21-й - одностороннее движение и машины мчатся в том же направлении, в котором идет он. Чтобы заметить их приближение, нужно оглядываться. Однако это усилит подозрения преследователя. Вернее, преследователей. За спиной он различил шаги еще одного человека.
– Черт возьми! Бьюкенен!
– выкрикнул второй голос.
Слова прозвучали всего в нескольких шагах у него за спиной.
Выбора не оставалось. Бьюкенен внезапно повернулся и увидел крепкого коротко стриженного парня, который в ответ на движение Бьюкенена резко остановился в защитной стойке.
Однако он опоздал. Брендан нанес ему мощный, хорошо рассчитанный удар в грудь: он хотел остановить преследователя, но не собирался ломать ему ребра.
Крепыш отлетел на несколько шагов. При этом он с силой выдохнул воздух, смягчив последствия удара. Его натренированная реакция говорила о том, что противник прошел хорошую подготовку. Парень явно из военной разведки. Такая же стандартная фигура, как у тех, что следили за Холли: широкие плечи, мощные бицепсы и узкие бедра. Бьюкенен не стал дожидаться, пока тот придет в себя. Его нога, описав дугу, с силой ударила преследователя по внешней стороне бедра, туда, где проходит чувствительный нерв. Точный удар вызывает не только сильную боль, но и временный паралич конечности.