Советник видит Горенко и думает: "Он не может знать, кто я такой". Потом он думает: "А если он блефует?" А ведь это вполне вероятно. Горенко хочет только одного - убраться в Штаты. Потом он может заговорить. А что если предположить обратное: у него ничего нет на советника, но какими-то ту-маными намеками, косвенными уликами он может указать на него. У него потребуют прямых доказательств?
– Он скажет, что они - среди отосланных документов. Пока их разберут, пока сопоставят с информацией, доступной только немногим лицам в Вашингтоне, пройдет время.

А что ему, Дику Шеннону, делать в такой ситуации? Только одно - как можно скорей отправить Горенко в Вашингтон. Это самое главное, самое первостепенное дело. Уайт возвращается завтра. Он должен увидеться с ним.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Нога у Даннинджера затекла, а кожаная спинка кресла ужа-сно нагрела ему шею. Открыв глаза, он с минуту растерянно оглядывал полутемную, казенную, пустую приемную Отдела Социальной Защиты, но потом все стало на свои места, и он вспомнил, где прилег поспать. Который час? Без двадцати три. Часа полтора он все-таки прихватил. Он снял ноги со стола, поднялся и начал массировать бедро. За аркой, в центральном вестибюле, горела одинокая лампочка. Дежурный охранник, белокурый, совсем молодой парень, сидел в комнате службы безопасности с журналом на коленях. Услышав шаги Даннинд-жера, он поднял голову.

– Без происшествий?

– Все тихо, - парень вяло перелистывал страницы.

На столе перед ним стоял зеленый термос. Хорошо бы выпить кофе, подумал Даннинджер, надо было с вечера поза-ботиться. В час ночи он отослал Уайлдсмита спать, оставив только одного охранника сторожить Кестена. Но сердце было не на месте, и он, позвонив в особняк, где велись переговоры с вьетнамцами, попытался выпросить там хоть одного морского пехотинца, хоть на сегодняшнюю ночь. Даннинджер в ожидании его пришел сюда, тут его и сморило.

Он быстрыми шагами направился в бельэтаж. В заднем кори-доре прохаживался с автоматом через плечо часовой - корена-стый негр. Он что-то напевал себе под нос, прищелкивая пальцами в такт, и прекратил это занятие при виде началь-ства.

– Без происшествий?

– Все в порядке, сэр. Ор, правда, стоит страшный, а Стэси время от времени выволакивает этого ублюдка наружу...

– Наружу?

В эту минуту в дверь сердито забарабанили.

– Извиняюсь, сэр, - сказал негр и, подойдя к двери, окликнул: - Эй! Это Клаттон. Клаттон! Звал? Ладно, давай!
– потом взял автомат наперевес, наставив дуло на дверь. Щелк-нул ключ, и на пороге появились Кестен и Стэси с пистоле-том, упертым ему в спину.

– Куда собрались?
– осведомился Даннинджер.
– Что проис-ходит?

– Веду на оправку, сэр, - ответил низкорослый, бледный Стэси.

– А где второй охранник, я же велел, чтобы в комнате было двое?

– Я его не видел, сэр.
– Стэси еле ворочал языком от усталости.

Кестен был в наручниках, всклокоченные волосы падали на глаза. Стэси пошел первым, Даннинджер пристроился в тыл, и странная троица двинулась по коридору. Но когда миновали дверь мужской уборной, недоумевающий Даннинджер воскликнул:

– Стэси, куда ты?

– Нам дальше, сэр, - не замедляя шага, ответил тот.

Даннинджер ничего не понимал: это было что-то новенькое. Снова свернули за угол, слишком далеко отойдя от комнаты, где держали Кестена. Такое только присниться может: ночью, в пустом коридоре посольства США двое морских пехотинцев ведут куда-то избитого и окровавленного человека в мундире полков-ника американских ВВС... И он, Даннинджер, тоже здесь.

– Стэси, объясни, ради Бога...
– начал он и тут заметил ещё одну дверь с табличкой "Для мужчин".

Они вошли в уже освещенный туалет. Стэси стал с пис-толетом у первой от входа кабинки, кивнул Кестену. Тот помешкал секунду и двинулся к ней, меряя Стэси взглядом.

Даннинджер, оставшийся у входа, вдруг понял, что сейчас произойдет и рванулся к ним. Но было уже поздно: Кестен, схватив Стэси обеими руками, оторвал его от земли и вместе с ним прыгнул в кабинку. Дверь захлопнулась. Даннинджер налег на неё плечом - она не поддалась, припертая с другой сторо-ны телами Кестена и охранника. Щелкнула задвижка. Даннинджер продолжал колотить в дверь, зовя на помощь негра. Тут раздался голос Кестена:

– А ну, отойти от двери! Иначе я его придушу.

Даннинджер ещё раз саданул кулаком в дверь. За нею пос-лышалась возня, Стэси вскрикнул, как от боли, и раздался голос Кес-тена :

– Скажи им, чтоб отошли.

– Ребята, - крикнул Стэси, - делайте, что он говорит... Отойдите... Он отнял у меня пистолет.

Даннинджер кинулся в соседнюю кабинку и стал там на колени, пытаясь заглянуть под недоходящую до полу перегородку. В тот же миг Кестен пнул его в лицо башмаком

– Убирайся.