Даннинджер выпрямился, вытирая кровь с разбитой губы. В эту минуту его оглушили два выстрела, прогремевшие почти слитно.

– Он что, совсем, что ли...
– негр шарахнулся в сторону.

Кестен прокричал из-за двери:

– Не уберетесь - застрелю обоих, тут дверка тоненькая. У меня ещё целая обойма. Слышишь ты, Даннинджер?! Мотай отсю-да!

Фрэнк отошел от двери к умывальникам.

– Не сюда, а вообще из сортира! Оба!

Но они не трогались с места. Кестен постучал в дверь чем-то-твердым наверно, стволом пистолета:

– Ну!

Даннинджер сделал знак Клаттону, и они пошли к выходу. Негр распахнул дверь, продолжая держать кабинку на прицеле.

– Как славно получилось, - дрожа от ярости, бормотал Дан-нинджер, нет, ну до чего же славно... Сводили, называется, арестанта на оправку...

– Каждые полчаса просился, - сообщил Клаттон.
– Стэси уже ополоумел... Он там весь пол зассал.

– Так надо было доложить! Разыскать меня и доложить! Это твоя работа!! Не понимаешь, что ли, - он репетиции устра-ивал, готовился, чтоб сыграть, как по нотам. Вот и сыграл.
– Он лихорадочно соображал, что теперь делать, и от напряжения его даже бросило в пот.

– Может, надо было бы его подстрелить?
– спросил Клаттон.
– С дыркой в ноге не больно-то попрыгаешь.

– Почему вы его водили именно в этот сортир?
– тихим го-лосом, стараясь не сорваться, спросил Даннинджер.

– А в том, что поближе, - есть окно. Стэси застукал его, когда он вздумал развлекаться.

– Что?

– Оторвал длинный кусок туалетной бумаги и привязал его к раме на манер вымпела...

– И мне не доложили?

– Дежурил мистер Уайлдсмит, он был в курсе... Да вы не расстраивайтесь, мистер Даннинджер, не будет же он там до утра сидеть...

– Как раз будет. Может быть, он и хочет дождаться убор-щиц. Вот тогда он даст шороху... Нет, мы должны выкурить его оттуда.

– Но он же в наручниках, так что особенно не разойдешь-ся... Ой, слышите?...

Из кабинки доносились голоса. Стэси ругался.

– Дверь закрой, - сказал Даннинджер.
– И давай за мной.

Он побежал по коридору, а негр, прихлопнув дверь в уборную, заторопился следом. Коридор этот, ведущий длинным концом в центральный холл, раздваивался: налево - боковой проход, направо - комнаты отдела печати. Все вместе напоми-нало букву "Т".

– Я встречу его здесь, - прошептал Даннинджер.
– Ты прыг-нешь, когда он повернется ко мне.

Он нырнул налево, вскочил в ближайший кабинет, затаился за дверью и вытащил пистолет. Негр побежал в коридор направо. Даннинджер напряженно вслушивался: потом понял, что охранник внизу услышал выстрелы - раздались его шаги и го-лос :

– Сэр, у вас тут все в порядке?

В эту самую минуту Кестен вытащил Стэси в коридор. Даннинджер стиснул зубы.

– Сэр... Мистер Даннинджер!.. Что у вас там?
– долетел голос снизу, из центрального вестибюля.

Шаги Кестена приближались. Даннинджер сквозь матовое сте-кло двери увидел скользнувшую из коридора тень - она двига-лась все медленней и наконец остановилась. Клаттона он видеть не мог. Тень осторожно заскользила дальше: Кестен, который вел перед собой Стэси, показался в поле зрения. Даннинджер неслышно вышел из своей засады, но Кестен свернул не к нему, а в тот коридор, где притаился негр.

– Мистер Даннинджер!..
– продолжал взывать охранник снизу.

Кестен, заметив мелькнувший силуэт, отпрянул направо. Даннинджер вышел на свет и увидел, как негр сзади набросился на Кестена и сбил его с ног. Они покатились по полу, грохоча башмаками. Грянуло три выстрела один за другим. Даннинджер подоспел в ту минуту, когда Кестен страшным ударом свалил Клаттона, а Стэси подхватил пистолет. Даннинджер с разбегу навалился на Кестена, и одновременно Стэси опустил рукоятку пистолета на его затылок. Снизу его схватил негр. Втроем удалось наконец скрутить его.

– Что тут творится, черт побери?

В конце коридорчика появился Шеннон - в носках, без галс-тука, рукава рубашки расстегнуты. Он спал в кресле в своем кабинете. Даннинджер в двух словах рассказал ему о проис-шествии.

Кестена отволокли в комнату.

– Ну, - сказал Даннинджер, - отныне и впредь все прогулки отменяются. Поставить ему ведро.

– Да-а, - уныло протянул Стэси, - ему поставишь ведро, а он его тебе на голову и наденет.

– Не исключено, сынок, совсем не исключено.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Над Тюильри, несмотря на ранний час, уже висело знойное марево. День будет жарким, подумал Гэмбл. Он заметил, что в движении машин у посольства что-то изменилось, а потом по-нял, что именно: на обеих сторонах авеню Габриэль появились знаки "Въезд запрещен" - белый "кирпич" на красном фоне, а полицейский на мостовой давал свисток каждый раз, когда во-дитель по привычке сворачивал сюда. Интересно, предупредила ли префектура посольство? По крайней мере, в газетах ничего не было.