— Так-то лучше.

Он лег рядом и склонился к ее груди. Коснувшись языком соска, он втянул его в себя сильно и жадно. Серафина вскрикнула от острого удовольствия. Пламя охватило все ее тело. Тяжело дыша, Дариус схватил губами другой сосок, казалось, он никак не мог решить, который предпочесть, явно желая обладать обоими сразу.

Его страсть передалась ей, доводя до безумия. Дариус решительно провел рукой по животу девушки, коснулся сквозь легкий шелк ее бедер и ног. Раздвинув бедра Серафины, он положил ладонь между ними. Когда жар его руки проник сквозь тонкую ткань платья, она затаила Дыхание и закрыла глаза.

— Боишься? — прошептал он, давая ей время привыкнуть к его прикосновению. — Н-нет.

Он нежно улыбнулся:

— Это хорошо.

Сначала Дариус лишь легонько ласкал ее там ладонью внимательно наблюдая за выражением ее лица.

Она замерла от предвкушения. Дариус приподнял ее платье.

— Так хорошо? — выдохнул он.

— Да, да! — воскликнула она, чувствуя, как сильные пальцы ласкают ее увлажнившуюся пульсирующую плоть.

— Ты почти готова принять меня, — промолвил он. — Не таись от меня, Серафина, не сдерживай себя. Отдай мне всю себя… — Он нежно поцеловал ее в губы, продолжая гладить интимное место под юбкой.

В упоении Серафина откинулась на постель, теребя пальцами покрывало.

Дариус нашел самое чувствительное ее местечко, тронул его именно так, как хотелось Серафине, и она, запрокинув голову, застонала.

— Ш-ш, — улыбнулся Дариус. — Никто не должен нас слышать.

— Я не могу совладать с собой. Такое восхитительное ощущение…

— О, мы еще только начинаем!

Дариус осторожно ввел в нее палец, и она вцепилась ему в плечи, упоенная этой лаской.

Когда Серафина снова громко застонала, Дариус нежно накрыл ей рот ладонью, тогда как другая его рука продолжала доставлять ей наслаждение.

— Ш-ш, ангел! Тихо, а то нас застигнут.

Не открывая глаз, она целовала пальцы, зажимавшие ей рот, облизывала их своим язычком. Задыхаясь от страсти, он ввел кончик среднего пальца ей в рот. Она стала жадно сосать и целовать его.

— Да, — шепнул он, прижавшись напряженной плотью к ее бедру. — Очень хорошо, Серафина.

Каждое движение его пальцев, ласкающих ее между ног вызывало ответное покачивание бедер Серафины.

Он лизал ее сосок медленными круговыми движениями. Серафина шире развела бедра, облегчая ему доступ в себя и вся устремляясь навстречу ему.

Внезапно он надвинулся на нее всем телом и лег между ее бедер, опершись на локти.

— Дотронься до меня, — пробормотал он сдавленным от желания голосом.

Серафина провела ладонью по твердому плоскому животу и мощной груди, но Дариус перехватил ее руку и с чувственной усмешкой показал ей, что хочет от нее иного.

Когда Серафина обхватила сквозь брюки вздыбившуюся мужскую плоть, ресницы ее взметнулись, а рот полуоткрылся в дерзком бесстыдном восторге. Его лицо выражало лишь жадное ожесточение страсти. Она ласкала Дариуса сквозь одежду, гладила огромный пульсирующий жезл. Дариус закрыл глаза. Его низкие хриплые стоны, рвущиеся из самой груди, разжигали желание Серафины. Он стал покачивать бедрами навстречу ее руке, и эта явная потребность в ней побудила ее действовать еще смелее.

— Я хочу видеть его, — прошептала она. Дариус, задыхаясь, рассмеялся:

— Мой ангел-озорница. Не думаю, что это разумно…

Герой грез принцессы покоился в ее объятиях, а она имела самое смутное представление о том, как доставить ему наслаждение.

— Дариус?

Он посмотрел на нее.

Она ответила взглядом, полным смущения и досады, удрученная своим невежеством.

— Мне очень жаль… — начала Серафина. В темных глазах мелькнуло понимание.

— Не извиняйся, ангел. Мне нравится твоя невинность.

С нежной улыбкой он склонился над ней и поцеловал. Обхватив большой ладонью ее руку, ласкавшую его мощный жезл, Дариус показал, как доставить ему удовольствие.

— Да, Серафина. Именно так. Это изумительно.

Еще несколько мгновений восторга, и Дариус внезапно крепко сжал ее плечи.

— Хватит. Ты доведешь меня до того, что я не выдержу, — задыхаясь, пробормотал он.

— Что это значит? — удивилась Серафина и широко открыла глаза.

Ленивая полуулыбка тронула его губы.

— Продолжай в том же духе — и узнаешь.

— Возможно, я так и поступлю. — Внимательно наблюдая за ним, Серафина чуть сильнее сжала пальцы, проверяя его реакцию.

Дариус ахнул и прикусил губу.

— В тебе совсем нет жалости, Серафина… но ученица ты талантливая! Очень!

— Благодарю вас. — Она испытывала чудесное ощущение полной раскованности, упивалась своей властью над ним, желая довести Дариуса до такого же состояния пьянящей беспомощности, какое владело ею самой.

Он устремился навстречу ее рукам. Его сильные бедра мощными толчками бились в девушку.