— Кинг, сэр!

— Вы свободны, капрал. Я не забуду про вас. И уж будьте уверены, при первой же возможности встречусь с капитаном Брафом.

— Что, черт возьми, все это значит?

— Это значит, что я нахожу вас очень подозрительным, — выкрикнул Форсайт. — Я хочу знать, почему вы здоровы, а остальные нет. Для того чтобы быть здоровым в подобном месте, надо иметь деньги, а способы их получения весьма ограничены. Очень ограничены. Первое — это доносы. Потом продажа еды или лекарств…

— Будь я проклят, если соглашусь с подобной чепухой…

— Вы свободны, капрал! Но не забудьте, я с этой минуты считаю своей обязанностью приглядывать за вами!

Кинг совершил над собой невероятное усилие, чтобы не ударить капитана.

— Вы свободны, — повторил Форсайт, потом зло добавил: — Убирайтесь с моих глаз!

Кинг отдал честь и ушел, кровь застилала ему глаза.

— Привет, — Питер Марлоу преградил ему путь. — Бог мой, хотелось бы мне иметь ваши нервы.

Глаза Кинга прояснились, и он прокаркал.

— Привет, сэр. — Он отдал честь и собрался идти дальше.

— Бог мой, Раджа, что, черт возьми, происходит с вами?

— Ничего. Просто… просто нет настроения разговаривать.

— Почему? Если я чем-то обидел вас или надоел, скажите. Пожалуйста.

— Это не имеет никакого отношения к вам. — Кинг выдавил улыбку, но в душе он кричал. «Господи, что я сделал не так? Я кормил этих ублюдков и помогал им, а теперь они смотрят мимо меня, как будто меня здесь больше нет».

Он оглянулся и увидел, что Форсайт прошел между двумя хижинами и исчез из виду. «И он считает меня доносчиком», — мучительно думал он.

— Что он сказал? — спросил Питер Марлоу.

— Ничего. Он… я собирался… что-нибудь сделать для него.

— Я ваш друг. Позвольте помочь вам. Разве вам мало, что я пришел сюда?

Но Кинг хотел одного — спрятаться. Форсайт и остальные растоптали его достоинство. Он понимал, что погиб. Потеряв достоинство, он потерял мужество.

— Увидимся, — пробормотал он, отдал честь и торопливо ушел. «Господи, — рыдал он в душе, — верни мне уважение. Прошу тебя, верни».

На следующий день над лагерем прогудел самолет. Из своего брюха он выбросил парашюты с провиантом. Несколько парашютов упали на территорию лагеря. Те, что приземлились над джунглями, искать не стали. Никто не осмелился расставаться с безопасностью Чанги. Все могло быть обманом. Роились мухи, донимала жара, несколько человек умерли. Все было как всегда.

Еще один день. Потом над посадочной полосой начали кружить самолеты. В лагерные ворота вошел полковник. С ним были врачи и санитары. Они привезли лекарства. Все новые самолеты кружили и приземлялись на аэродроме.

Неожиданно в лагерь с воем въехали джипы. Важные мужчины курили сигары. С ними прибыли четыре врача. Все они были американцами. Они ворвались в лагерь, закололи американцев уколами, залили их галлонами свежего апельсинового сока, завалили едой и сигаретами, обнимая без конца — своих ребят, своих героических ребят. Они помогли им сесть в джипы и довезли до ворот Чанги, где их ждал грузовик.

Питер Марлоу с удивлением наблюдал эту сцену. «Они не герои, — думал он, сбитый с толку. — Как и мы. Мы проигравшие. Мы проиграли войну, нашу войну. Разве нет? Мы не герои! Нет!»

Как будто сквозь туман он видел Кинга. Своего друга. Долгие дни он ждал случая поговорить с ним, но всякий раз Кинг уходил от разговора.

— Позже, — обычно отнекивался он. — Сейчас я занят. — До приезда американцев времени у него так и не нашлось.

Итак, Питер Марлоу стоял около ворот вместе со многими другими, следя за отъездом американцев, дожидаясь случая сказать «прощай» своему другу, терпеливо дожидаясь возможности поблагодарить его за спасенную руку, за многое, многое другое, что пришлось им пережить.

Среди любопытных был и Грей.

Форсайт устало дожидался возле грузовика. Он вручил список.

— У вас остается первый экземпляр, — сказал он старшему по званию американскому офицеру. — Здесь ваши люди перечислены с указанием звания, рода войск и личного номера.

— Благодарю, — ответил майор, приземистый парашютист с тяжелым подбородком. Он подписал бумаги и отдал обратно пять экземпляров. — Когда прибывают остальные ваши парни?

— Через пару дней.

Майор огляделся по сторонам и пожал плечами.

— Похоже, вам не помешала бы помощь.

— У вас нет случайно каких-нибудь лишних лекарств?

— Конечно. У нас самолет набит медикаментами. Вот что я вам скажу. Как только я отправлю наших ребят, пришлю сюда лекарства на джипах. Я дам вам врача и двух санитаров на то время, пока не прибудут ваши.

— Спасибо, — Форсайт устало провел рукой по лицу. — Нам они пригодятся. Я распишусь за лекарства. Командование юго-восточной атлантической группы подтвердит мою подпись.

— Никаких бумаг. Вам нужны лекарства, вы их получите. Они для этого предназначены.