— Почему? — Лия стояла рядом с ним, держа за руку Сергея, который висел на ремнях, безмятежно разглядывая дорогу, по которой они только что пришли.

— Живности здесь развелось множество, причем, в основном, мутировавшей. Имеются ядовитые головастики с двумя хвостами и головами, лягушки размером с хорошего кролика, которые даже на людей нападают.

— У лягушек зубов нет.

— У этих есть. Кроме того, здесь водятся щуки, только рыбами их уже не назовешь — нечто среднее между крокодилом и акулой. Кстати, вкусные. Но основная опасность местного болота — ревуны.

— А это что такое?

— Черные такие твари, прыгают, как лягушки, далеко и высоко, плотоядные, кусаются и царапаются. Когти приличные размером сантиметров десять, как ножи острые, легко комбинезон пробивают. Глаза, как у лягушек, большие, круглые, с вертикальным зрачком. Весит каждая тварь килограмм сто, иногда встречаются и больше — под двести. Охотятся небольшими группами по три-четыре особи, но если кого-то убил, то на предсмертный рев сбегаются все, кто находится в радиусе пяти километров.

— Ужас! — произнесла Лия, представив, как вокруг нее скачет десяток скользких стокилограммовых тварей с зубастыми широко раскрытыми пастями и длинными когтями. — А обойти их можно?

— Не получится. Мало того, что трясина далеко тянется, так рядом с ней любят всякие твари селиться, для которых здесь много вкусной пищи. В любом случае придется с кем-то встретиться. Да и долго обходить, а Сергей того и гляди отключится.

— Давно мне не было так весело, — подал голос из-за спины Влада Перфилов. — Никогда не думал, что быть инвалидом так прикольно.

— А что в этом прикольного?

— А то, что в твоей тайге, как в сказке, чем дальше, тем страшнее, а я вишу себе и балдею, потому что сложные проблемы приходится не мне.

— Так и есть! — Кот еще раз окинул мрачным взглядом болото, намечая для себя путь. — Только не вижу здесь ничего прикольного.

— Забавно то, что раньше я только за свою жизнь отвечал, а теперь за меня вы в ответе, а еще почему-то очень не хочется, чтобы вы умерли. Смешно, инвалид, ног нет, руки нет, а за других страшно…

— Точно прикольно, — вздохнул Влад и пошел вниз, приминая высокую траву. — Обхохочешься!

Идти по болоту было трудно, почва оказалась вязкой, наполненной мириадами гниющих растений, ноги проваливались по колено. А Влад, который нес двойной вес, уходил еще глубже, бывало, даже Сергея окунал в грязную жижу. И тогда Кот ревел как раненый зверь, пытаясь выбраться из глубокого места.

В конце концов пришлось срубить пару тоненьких березок, опираясь на них, ему стало легче двигаться.

— Ты уверен, что правильно идем? — спросила Лия, чувствуя усталость, хоть они прошли по болоту всего-то метров пятьсот. — Не утонем?

— Направление правильное, — хмуро ответил Влад, едва выдирая ноги из вязкой почвы. — Трясины здесь нет, она дальше. А то, что сыро, грязно и тяжело, так на то оно и болото. Скоро остров будет, там сделаем привал. На нем должны быть симбионты. Я в прошлом году их там сажал, могли прижиться — тепло, сыро и энергии из темного мира хватает.

— Хочешь на меня повесить, чтобы я снова заснул и перестал вас донимать? — поинтересовался Перфилов, отмахиваясь здоровой рукой от мошки и комаров. — Я вообще-то не прочь.

— Не о тебе забота, а о Лие. Если выросли два Бодряка, то они силу дадут и энергию. С ними сможем добраться до следующего острова, там бункер имеется, в нем ночь проведем. Таков план…

— Замысел нравится, — одобрила Лия. — Только у меня уже давно сил нет, и боюсь, мне даже симбионты не помогут.

— А я почему-то не устал, — улыбнулся Сергей. — Даже как-то хорошо. Висишь себе, на мир смотришь. Интересно!!!

— Что ты в нем нашла? — осведомился Кот. — Жуткий фрукт! Я его тащу, а он надо мной еще и издевается!

— Это не я его нашла, а ты мне подсунул, — улыбнулась Лия Сергею и погладила того по щеке. — Если бы не попросил его за мной приглядывать, то ничего бы не было.

— Я не просил в постель его к себе тащить! Это уж ты по собственной инициативе.

— Ну, я думала, раз ты одобрил, то так и надо! — хихикнула девушка. — Мог бы предупредить, чтобы с ним этого делать нельзя ни в коем случае!

— Это вы не обо мне сейчас говорите? — осведомился ехидным тоном Перфилов. — Если были бы людьми вежливыми, то могли бы и меня о чем-нибудь спросить.