Когда все разместились, в доме стало невозможно дышать, вентиляция здесь оказалась не предусмотрена. Лечь тоже никому не удалось, нары были слишком узкими для восьми человек, поэтому все сидели вплотную друг к другу.

Впрочем, спецназовцам это не мешало, они привыкли выживать в любой обстановке. Один из них вышел на улицу, быстро разделал кабана, которого нес на себе всю дорогу Качок, другие развели огонь в печке и воспользовавшись железным листом, нажарили мяса. Оно оказалось неплохим на вкус, только жестковатым. Бойцам это не мешало наслаждаться едой, впрочем и другие от них не отставали.

Путь был трудным, устали все, но есть хотелось еще больше. Жарить пришлось несколько раз, в конце концов от туши практически ничего не осталось. Избушку проветрили, а после этого дверь закрыли на тяжелый засов. Качок полез на кран, захватив с собой, несколько оставшихся уже покрывающихся тонким слоем жира кусков мяса.

Остальные бойцы расселись по нарам, закрыли глаза и тут же заснули.

Им совсем не мешал разговор, который вели между шепотом собой профессор, доцент, Круглов и Александров.

— Куда идем? — спросил профессор. — В чем наша задача?

— Мы движемся за Хищником, который должен нас отвести к лаборатории, из которой появился, — ответил Круглов. — Думаем, он выполнил задание тех, кто его послал, и теперь возвращается домой.

— А что за девушка идет с ним, и кого он тащит у себя за спиной?

— Неизвестно. Возможно — новый генетический материал.

— А смысл?

— Сколько у женщин можно извлечь яйцеклеток?

— Много — почти миллион, а вообще зависит от возраста.

— Ну, вот видите.

— Так вы считаете, что кто-то создал лабораторию в этих богом забытых местах? — голос профессора повысился, но он тут же осекся, увидев едва заметный предостерегающий знак генерала. — Зачем?

— Тише, люди спят. Предположим, что из двух экспедиций кто-то из ученых остался в живых и обнаружил благоприятное место для проведения опытов, что бы вы сделали на его месте?

— Думаю, если бы являлся фанатиком от науки, то стал бы экспериментировать. Но где бы взял я оборудование?

— Обе экспедиции имели переносные лаборатории, так что на первое время у него кое-что имелось, а потом стал зарабатывать деньги, продавая симбионты.

— Это только версия.

— Конечно, но слишком многое в ней сходится.

— Вы уверены, что суперсолдат был сделан недавно?

— Есть такое мнение.

— Понятно, — профессор кивнул. — Значит, вы уверены, что ученый или ученые работают, и своего мутанта в столицу прислали специально, чтобы сообщить о своем существовании?

— Похоже на то, иначе все становится совсем непонятно.

— А зачем?

— Не знаю, — Круглов вздохнул. — Мы видим только часть головоломки, нам не хватает информации, чтобы все понять.

— Но почему эти ученые не могли просто написать или позвонить? Пусть не вам, а не правительству, тем более, что сейчас у нас в стране черт знает что твориться, но можно же сообщить коллегам…

— Вот уж коллегам они бы сообщили в последнюю очередь, если бы получили интересные результаты, — хмыкнул генерал. — В вашей среде часто воруют идеи, и любят чужие результаты выдавать за свои, но думаю, дело даже не в этом.

— А в чем еще?

— Есть версия, что ученые хотят продать технологию изготовления суперсолдата Западу. Тогда то, что происходило в столице — демонстрация удачного прототипа. Как вам нравится?

— По крайней мере понятно, почему мы здесь, и почему ФСБ взяло на себя инициативу. Логично. Поздравляю. Тогда у меня возникает следующий вопрос — если известна конечная цель, почему мы движемся таким непонятным образом, а не идем напрямую? Понятно же, что лаборатория должна находиться где-то возле распадка, именно там по имеющейся у нас информации и находится скопление самых разнообразных жизненных форм. Возможно, именно там находится сам генератор мутаций.

— Вокруг тайга, в ней нет дорог. Нас ведет проводник, я ему дал приказ вести самым безопасным путем.

— А он не может быть кем-то нанят, чтобы завести нас в какое-нибудь гибельное место?

— Те товарищи, что предложили эту кандидатуру, подтвердили его лояльность, к тому же сын этого человека находится под нашим контролем, так что проводнику невыгодно вести себя плохо. Да и цели экспедиции ему неизвестны…

— Хорошо, тогда спим.

Через мгновение профессор засопел, а Александров задумался над тем, стоило ли ему уходить из боевого подразделения, чтобы попасть в не менее опасное место?