Генерал с сожалением отпустил близнецов на траву.

— Приходите в гости, — повторила Ирина для него.

Он похвалил детей и пошел следом за своими женщинами. Ирина долго смотрела им вслед.

Вот они уходят втроем — Калерия Петровна, ее отец, мать… Родители приехали в гости к дочери. А вот к ней, Ирине, никогда не приедут в гости родные. И почему-то так сжимается сердце и рвется куда-то. Она как дурочка заладила: приходите да приходите… Да не придут они, это ясно. Ну ничего, мы переживем. Вот мальчишки вырастут, станут к нам с Сергеем в гости приезжать… Переживем.

А Подольские едва поспевали за своей дочерью.

— Лерочка, дочка, тебе нельзя волноваться! — напоминала Татьяна Ивановна, семеня сзади. Но Калерия молча вошла в дом, подождала, пока родители войдут за ней следом, и попросила отца ненадолго оставить их с матерью одних. Петр Дмитриевич вышел на кухню.

— Лерочка, что врачи говорят насчет твоей беременности? — начала Татьяна Ивановна, но дочь остановила.

— Насчет моей беременности поговорим потом, мама. Сейчас я хочу поговорить о другом.

Татьяна Ивановна похолодела.

— О чем же, Лерочка?

— Скажи мне честно, мама. Тогда, в Курске, моя дочь не умерла? Она жива?

Калерия не сводила глаз с матери. Татьяна Ивановна вновь оказалась под прицелом ее глаз, как тогда, много лет назад, в родильном доме, в Курске.

— А откуда ты…

— Значит, это правда!

Калерия опустилась на диван, глядя сквозь мать чужими глазами. Татьяна Ивановна стала хватать ртом воздух, руки ее словно пытались уцепиться за что-то.

— Мы не знаем, Лерочка. Никто не знает теперь… Может быть, и умерла. Она была такая слабенькая… Документов не сохранилось, я искала, ты не думай, я потом искала! И отец искал! Лера! Не смотри на меня так!

Дочь молчала, а Татьяна Ивановна горела на медленном огне. Все ее слова разбивались о ледяную стену молчания.

— Ну пойми меня, я хотела как лучше! Какая ты была мать? А позор-то какой был бы… Ты вспомни, время-то какое было. Это я потом поняла, что можно было иначе поступить, а тогда я думала, что все правильно, что так и надо… Лера, ну прости меня, я же не ради себя, я для вас с папой старалась! Чтобы у тебя семья нормальная, образование… Чтобы отца не стыдили на работе, что у него дочь в девчонках родила… Что-то я не то говорю, дочка… Ну, Лерочка, ну не казни меня, я сама себя казню! Скажи что-нибудь!

— Как ты могла, мама? Как ты могла?! Ты… ты…

— Лера! — закричала Татьяна Ивановна, видя, что дочь бледнеет на глазах. — Петя! Петя, скорее!

Петр Дмитриевич влетел в комнату и подбежал к дочери. Она обмякла в его руках, уткнулась в китель.

— Ну, ну, детка, успокойся. Прошлого не вернешь. Мать сама вся извелась, знает, что виновата. Может, ее уж и в живых-то нет, дочки твоей. Зато вот ребеночек будет, о нем думать надо.

— Она жива, папа.

— Ну, жива, жива. Ладно. Может, у хороших людей живет. А ты лучше…

— Она жива папа, и ты с ней только что познакомился.

Генерал замер, а Татьяна Ивановна прикрыла рот рукой.

— Что ты сказала, дочка?

Калерия освободилась из объятий отца, поднялась.

— А то. Вы только что познакомились с моей дочерью и вашей внучкой Ириной. Как она вам?

— Лера, что ты говоришь? — насупился генерал. — Мать-то пожалей. Извелась вся.

— Пожалеть? — быстро развернулась Калерия. — Я пожалеть должна? А меня кто пожалел? Мою крошку кто пожалел восемнадцать лет назад? А если бы я случайно… Если бы жизнь сама меня с ней не свела, я бы так и не узнала никогда!

— Но почему ты уверена, что это именно она? — допытывался генерал.

— Она похожа, Петя! — вставила Татьяна Ивановна. — На меня молодую похожа, ты не обратил внимания?

— Да молчи ты, Таня!

— Папа, это моя дочь! — горячо воскликнула Калерия, не желая слушать возражений. Она была как натянутая струна. — Но что я скажу ей в свое оправдание? Захочет ли она теперь видеть меня? Зная, что все эти годы у нее могли быть мать, любящая семья, дом… Простит ли она?!

…Когда они пришли, близнецы только заканчивали обедать и сидели за столом с перепачканными мордашками.

— Ну, солдаты, налетай на подарки! — скомандовал генерал и установил на полу большую коробку. В коробке находилось то, что удалось найти в местном военторге, — большой синий грузовик, красная пожарная машина, танк и пароход. Там же, поверх боевой техники, громоздилось несколько резиновых мячиков и мишек. Близнецы кинулись к игрушкам.

Калерия протянула хозяйке сумку:

— Вот здесь кое-что к чаю.

Ирина радостно засуетилась, не замечая некоторого напряжения среди своих гостей. У нее гости! Все как она хотела!