– Обязательно. Но ей пока можно только соки, - он посмотрел на Зелу, ставшую совсем

домашней в платье дочери, - и пусть только попробует не выпить.

Зела всем своим видом выражала покорность судьбе. Вариант «хозяин» сработал

безотказно, правда, злоупотреблять им было нельзя.

– Пойдем, - Ричард осторожно взял ее за плечи, - будем выходить из твоей голодовки.

Любой звездолетчик знал, что такое длительное голодание, и как из него выбираться.

Это входило в процесс подготовки. Ричард привел гостью на кухню и приготовил ей свежий,

разбавленный сок, заодно объясняя, где что. Хотя на кухне и хозяйничал в основном Мотя,

но отличать кофеварку от печки ей было полезно.

Пришел Рекс и бесцеремонно обнюхал гостью, тычась в ее колени мокрым носом. Как

ни странно, но здоровенного пса она совершенно не испугалась, даже погладила его между

ушей.

– Выпей вот это, - Ричард протянул ей стакан.

Она взяла и послушно выпила.

– А теперь это.

– 18 -

Он дал ей розовую капсулу рекомендованного Флоренсией успокоительного средства с

длинным и непроизносимым названием. Было время, когда он сам его глотал, и ни одна

медкомиссия не желала выпускать его в космос.

Ольгерд зашел и слегка остолбенел в дверях. Зела тоже вздрогнула и смущенно

потупилась.

– По-моему, у вас тут все в порядке, - сказал Ольгерд подчеркнуто бодро, - что пьем?

– Шампанское, - усмехнулся Ричард.

– Я голоден как стадо гиен.

– Ну, это исправимо...

Присутствие Зелы смущало их обоих, они не знали, как при ней разговаривать. Ричард

видел, что у сына чешется язык сказать о чем-то, но он молчал, и только темные глаза его

метались по всей кухне в поисках ответа. Потом пришла Ингерда, на ней были бирюзовые

брюки с малиновой блузой и расшитой бисером безрукавкой, ей шло всё, даже такое дикое

сочетание цветов. Она села за стол напротив Зелы и лениво осведомилась, как дела. Зела,

конечно, не ответила, зато Ольгерд заявил, что умирает с голоду.

– Ну, так в чем дело?
– дочь пожала плечом, - доставай, я же тебе не прислуга. Или

позови Мотю.

– Сидите, я сам, - Ричард открыл печку и извлек оттуда три тарелки с горячим ужином,

потом вынул из холодильника салат и вино, а из духовки – яблочный пирог.

Принцесса никакого смущения не ощутила.

– Па, что у тебя новенького?

– На работе?

– Вообще.

– Кеттервааль прилетает на этой неделе, а Дзервааля я вчера проводил.

– У них что, пересменок?

– Да. А я собирался на пару дней в Дельфиний Остров... ладно, позагораем на Сонном

озере.

– А кто тебе больше нравится, Кет… или Дор...

– Кеттер поспокойнее, - усмехнулся Ричард.

Он посмотрел на гостью. Она сидела в напряжении, все так же потупив глаза. Есть ей

было нельзя, разговоры были непонятны.

– Хочешь посидеть с нами, или пойдешь в свою комнату?
– спросил Ричард.

Она не ответила, но встала, снова вытянулась по струнке, отводя назад плечи и глядя в

пол.

– Пойдем.

Он проводил ее на второй этаж. В комнате она почувствовала себя немного свободнее и

даже робко присела на край кровати.

– Отдохни, - сказал он мягко, - хватит для тебя на сегодня информации.

На столике у кровати лежала стопка дамских журналов двухлетней давности. Ричард

протянул ей верхний с актрисой Ритой Рауш на обложке.

– Полюбуйся, если хочешь, на наших модниц.

Зела осторожно открыла журнал посередине, бегло просмотрела фотографии, потом

подняла к нему лицо.

– Прочти мне, - сказала она еле слышно.

Он сел рядом и терпеливо начал читать какую-то муть про венерианские заводы, на

которых изготовляется особый крем для лица под названием «Лисистрата».

– Я поняла, - сказала она через несколько абзацев, - иди. Дальше я сама.

Затаив изумление, он вышел.

Дети на кухне уже о чем-то спорили. Они спорили всегда, слишком уж были разные.

– Говорю тебе, это она!
– взволнованно заявлял Ольгерд.

– Тебе пора лечиться, Ол, - холодно парировала сестра, - вот и доктор Ясон говорит. .

– Дался тебе этот доктор!

Ричард, наконец сел за стол и взял наполненный фужер.