противоположная стена была с избытком заполнена видеоэкранами.

Кроме гостиной и спальни была еще одна комната поскромнее, туда Ричард отнес свои

вещи. Там был всего один экран, и диван служил одновременно кроватью. Его это

устраивало, он только хотел, чтобы его дама чувствовала себя комфортно.

– 90 -

– Тебе нравится?
– спросил он, возвращаясь в гостиную.

– Очень, - сказала она.

– Вот и прекрасно.

– Что мы будем делать?

– Купаться. Срочно! Собирайся на пляж.

К морю они спустились почти бегом. На ходу раздеваясь, бросились в бирюзовую воду,

растворились в ней на полчаса, не меньше. Потом отогревались на песке. Потом сидели за

столиком в прибрежном кафе, поглощая эти самые ванильные пирожные и крепкий кофе.

Потом изучали окрестности, точнее, она изучала, а он работал гидом. В промежутках -

покупал ей мороженое. Все осталось далеко позади: дом, работа, возмущенные дети,

капризная любовница, даже Конс куда-то отдалился, хотя Ричард старался не забывать о нем

ни на минуту. Он ждал его.

На обратном пути Ричард купил ей огромный розовый букет. Зела с удовольствием

поставила его в ракушечную вазу на столике в спальне.

Солнце уже касалось своим раскаленным краем горизонта, оставляя на морской глади

золотую трепещущую дорожку. Ричард лениво сидел в кресле-ракушке и переключал

программы, ища то, что могло бы его хоть немного заинтересовать. Он так хотел от всего

отвлечься, что отключил все свои устройства связи, которые предпочитал в виде браслетов.

Он их даже снял. Только межпланетник для переговоров с Гунтриваалем лично был у него в

виде портсигара, и про него он просто забыл.

Он-то и заверещал. Ричард не хотел отвечать, даже поборолся с собой, но инстинкт

победил. А вдруг что-то случилось с этим неугомонным повстанцем? Он открыл крышку. На

экране почему-то показался недовольный Силин, его заместитель. И начал без предисловий.

– Где тебя носит! Три часа звоню! Ты что, отключился!? Через Гунтри пришлось тебя

разыскивать! Хорошо, что не через Анавертивааля!

– Межзвездной связи еще не придумали, - усмехнулся Ричард, - к счастью! Чего ты от

меня хочешь? Я все передал помощникам. И нечего меня дергать по всякому поводу!

– Ты что, очумел?!
– громко вещал Силин, - как будто сам не знаешь, что завтра

заседание? Если тебя не будет, Росси упакует звездолет своими придурками!

– Попробуйте без меня, Сил.

– Не выкручивайся. Никто за тебя не будет связываться с Антонио. И я тоже!

– Ну что ж, - вздохнул Ричард, - значит, лисвисам не повезло.

Он мог бы сказать, что ждет Конса, и это будет поважнее лисвисов и потруднее

очередной стычки с Антонио Росси, но Зела не должна была этого знать. Впрочем, того, что

заявил потом раздраженный Силин, ей тоже лучше было бы не слышать.

– Я не пойму, Рик, ты в детство впал, или сдвинулся на сексуальной почве? Ты другого

времени не нашел свалить с бабой на курорт?

Ричард чуть не выругался. Кажется, все его усилия пошли насмарку. Шаткий

иллюзорный мир безоблачного счастья зашатался. А чего он, собственно ждал? Что его так

просто оставят в покое?

– Позвонишь, когда научишься разговаривать, - резко сказал он и отключился.

Зела с опущенными руками стояла возле аквариума, в котором равнодушно и

медлительно двигались пестрые рыбы, и лесом стояли густые водоросли, такие же зеленые,

как ее глаза. Она как будто вся погасла.

– Ричард, так не должно быть, - сказала она отчаянно.

– Не должно, - ответил он, подходя к ней, - но это всего лишь мелкие дрязги. Твое

настроение меня волнует гораздо больше.

– А кого будет волновать твое настроение?

– Мое? Мне можно только позавидовать: море, солнце и самая красивая женщина во

вселенной. Особенно, когда улыбается.

Она не стала возражать, зачем, собственно? Но и улыбки он больше не увидел.

****************************************

– 91 -

**************************36

Высокая изящная певица бродила между столиков и пела о потерянной любви. На дары

моря, разложенные на тарелках, почему-то не хотелось смотреть. Хотелось грустить под