— Вы решили, кто из вас сильнее? Что обе дуры, это понятно! — Он коротко улыбнулся. — Мои гориллы прямо-таки обалдели, когда увидели, как вы полуголые катаетесь. Но что-то у вас физиономии не подпорчены. — Он внимательно осмотрел каждую женщину. — Так, опухоль кое-где. — Увидев, что они обменялись яростными взглядами, твердо добавил: — Вы будете делать только то, что скажу я! А посему выяснять, кто ко мне ближе, не стоит! Я еще в силах как мужик, и ты, — Старик бросил быстрый взгляд на Тоню, — мне пока нужна, ибо устраиваешь меня как баба. Но не более. — Его глаза уперлись в Нинины: — Ты моя дочь. Но это не значит, что я приму твою сторону. Я всегда мечтал о сыне, — грустно вздохнув, неожиданно признался он, — но твоя мать родила тебя! За что и умерла.

Глаза Нины зло вспыхнули, но тут же погасли.

— И если ты мечтаешь заменить меня, то зря. Я надеюсь прожить еще лет двадцать. Так что смиритесь с этим обе. И если все же решите устроить мордобой, поставьте в известность меня. Я арендую для этого Дворец спорта. И очень неплохо заработаю на этом! Борьба сильных, красивых женщин очень увлекательное зрелище. Особенно если без правил. — Илья Сергеевич негромко рассмеялся. Потом его лицо стало жестким. — Ожерелье нужно найти. Для этого нужен Псих. Только я нашел в колонии, где он сидел, людей, способных узнать у него правду, как он, паразит, сбежал. Лихой мужик! — вдруг восхитился он. — И я уверен: он идет за ожерельем, потому что знает, где оно! — Откинувшись на спинку мягкого кресла, Дьячков замолчал.

— А оно действительно много стоит? — осторожно поинтересовалась Нина.

— Очень много, — кивнул он.

— А как ты узнал о нем? — решилась на давно мучивший ее вопрос и Тоня.

— Помнишь, с полгода назад ко мне в Ленинград приезжал приятель из ФРГ?

— Такой худой и лысый? — улыбнулась женщина. — Ну и что?

«Он ей доверяет больше, чем мне», — зло подумала Нина.

— Он специалист по Востоку, — объяснил Старик. — А узнав, правда, не сказал, каким образом, что ожерелье пропало, связался со мной. Когда убили Сушко, Гюнтер искал ожерелье сам. У него неплохая сеть людей в России. Но безрезультатно. Если бы он обратился ко мне раньше, когда Псих был на тюремном режиме, все было бы гораздо проще. И поэтому сейчас очень важно найти Психа раньше органов.

— Они с Лютым убили часового и захватили оружие, — сказала Дьячкова, — так что при задержании, вполне возможно, будет убит.

— Ты послала людей в Киров? — строго спросил Старик.

— Конечно, — кивнула она. — Но я думаю, Псих понял, почему Лютый идет с ним. И скорее всего, убьет его. Если уже не убил.

— Почему ты не сказала о его приходе сразу? — зло спросил Киборг.

— Я не хотела, чтобы тебя кто-нибудь видел, — сказала Катя.

— А если бы они сделали с тобой…

— Со стороны Старика это была просто попытка напугать меня, — смеясь перебила его женщина. — Неужели ты думаешь, что он бы допустил это? Я уверена, что нет! Его сиятельство Илья Сергеевич никогда, насколько я знаю, в своем присутствии не допускал не то что какого-то преступления, а и простого мордобоя. Так что, — она равнодушно махнула рукой, — ничего бы не было. Хотя, если честно, я здорово испугалась.

— А что за шум вокруг этого ожерелья? — неожиданно спросил Михаил.

Кате не понравился его деланно равнодушный тон, тем более что в, обычно холодных глазах бритоголового мелькнул явно неподдельный интерес.

— Я не знаю, — как можно равнодушнее сказала она. — Что-то связанное с убийством ювелира, за что Психа сначала приговорили к расстрелу…

— Это я уже слышал, — нетерпеливо прервал ее Киборг. — И думал, что со мной ты будешь откровеннее.

— Ну, знаешь ли! — рассердилась Катя. — Я думала, ты…

— Не злись, — обняв ее за талию, он мягко притянул упирающуюся только для виду женщину к себе. — Успокойся. Извини, если как-то обидел тебя. Понимаешь, — короткая улыбка тронула его тонкие губы, — про это ожерелье столько разговоров. Вот я и спросил.

«Переигрываешь, милый, — прижавшись к его мускулистой груди, подумала женщина. — Про ожерелье узнали совсем недавно. И знают о его существовании очень немногие». Но вслух она сказала другое:

— Я тоже что-то слышала, но конкретно ничего не знаю. Вот и Старик приходил из-за него. Да, — кивнула Катя, — я в то время была с Психом. Он как раз сбежал из лагеря и убил Григория. — Ее глаза потемнели. — Я выжидала момент, чтобы отомстить. И не успела. Его посадили. А сейчас он в побеге! — Она судорожно сжала пальцы. — Я знаю, он убьет меня. Но и он получит свое за смерть Гриши!

— А почему Черкесы тогда же не разделались с Психом? — спросил бритоголовый. — И почему никто из них ни разу не был у тебя?

Катя, не отвечая, странно улыбнулась. Тогда Михаил сменил тему:

— Как Псих смог убить Григория? Ведь, говорят, он был отличным бойцом!

— Псих — загадка для всех, — нахмурилась Сажина. — Даже для тех, кто считает, что хорошо его знает. Они начали драться при мне. В сквере. Я испугалась, думала, Гриша сейчас изуродует Психа. А тот как-то увернулся. Отбил его ногу и вдруг как крикнет! Резко так. Страшно! — Вспомнив это, она передернула плечами. — Гриша упал. Я к нему, а он не дышит. И вот здесь, — Катя коснулась указательным пальцем впадины между ключицами, — небольшая багровая опухоль.