Комизм предприятия состоял в том, как был обманут нанятый извозчик. Целый месяц он, работая на Маклакова, изо дня в день подавал рысака. Когда же извозчик стал требовать заработанные им деньги, Маклаков ему ответил: «Ко мне из Рыбинска целый вагон овса прибывает, и я уж тебе, братец, хорошо овсом заплачу». Ждет извозчик привоза овса месяц, другой… Наконец овес прибывает, но вместо возврата долга Маклаков говорит ему: «Видишь, братец, овес уже прибыл. Однако только за привоз 100 рублей заплатить нужно. Ты уж, братец, его выкупи, а я уж тебе овса…» Овес извозчик выкупил, а на другой день после этого он ни овса, ни барина не обнаружил. Не нашли афериста Маклакова и другие обманутые им люди.

Один из интересных эпизодов похождений Маклакова несколько лет скрывался от огласки друзьями и знакомыми известной итальянской актрисы Кавальери. Лина Кавальери в 1906 году вторично приехала на гастроли в Петербург в составе итальянской труппы. Ее лирические партии, которые исполнялись с искренним чувством, обаяние, непринужденность и, наконец, миловидность приносили ей заслуженный успех, и поэтому ее окружало множество поклонников.

Маклаков, в совершенстве владея итальянским языком и постоянно вынашивая планы новых афер, применив всю свою напористость, с большим трудом добился свидания с актрисой. При этом он отрекомендовался братом итальянского премьер-министра Сиднея Соннино, и, как это ни странно, актриса ему поверила. Приятный во всех отношениях молодой человек, да еще с таким «родством», заинтересовал доверчивую женщину и уже во время следующего визита сумел вымолить у нее автограф на специально поднесенной для этого бумаге.

Больше в этом доме Маклаков не появлялся, а дней через десять после его визита Лина получила от одного из своих поклонников, занимавшего видное положение в обществе, письмо следующего содержания: «Рад был исполнить Вашу просьбу и выдал господину Соннино просимые Вами 10 тысяч рублей».

Вначале Кавальери никак не могла взять в толк содержание письма, но потом пришла в ужас. Актриса тотчас по телефону вызвала к себе поклонника. Оказалось, что Маклаков над автографом написал якобы от Лины несколько строк, заключавших в себе просьбу вручить подателю письма понадобившиеся ей на короткий срок 10 тысяч рублей. Добытые Маклаковым путем обмана деньги составляли чуть ли не годовой гонорар артистки. Поэтому и скрывался от огласки такой случай, ставивший Кавальери в смешное и нелепое положение. Как говорили, Кавальери с тех пор категорически отказывала в своем автографе всем, домогавшимся его.

Обобрав в Петербурге доверчивых людей на солидную сумму денег, Маклаков скрылся за границей. Его путь лежал через Гельсингфорс во Францию.

В Париже, пользуясь именем своего однофамильца В. А. Маклакова, он успешно выдавал себя за крупного политического деятеля из России. Одно время он даже вошел в моду, с ним, как говорят, «носились», его всюду любезно приглашали и он благосклонно принимал эти приглашения. Ему довелось бывать на самых престижных светских парижских мероприятиях. С ним раскланивались при встрече люди с видным общественным положением.

Когда роль «депутата Госдумы Маклакова» ему страшно наскучила, он с не меньшим успехом стал выдавать себя то за ответственного представителя Министерства финансов, то за русского агента Министерства иностранных дел. Играя все эти роли вполне правдоподобно, аферист ни разу не «сорвался», чему способствовало, ко всему прочему, отличное знание французского языка. Маклаков, ведя широкий образ жизни, сумел запутать и обобрать не одного рантье.

Он жил в отеле, занимая четыре комнаты, и ни в чем себе не отказывал. В результате бесшабашной жизни в Париже дела его сильно пошатнулись, и он, предварительно очистив от вещей занимаемое им помещение в отеле, скрылся, оставив администрации на память о себе и в счет причитавшихся с него 9400 франков лишь пустые чемоданы.

Покинув роскошный отель, аферист занял маленькую уютную квартиру с обстановкой. Одной из причин выбора именно этой квартиры явилось ее расположение по соседству с домом, где проживал премьер-министр Франции Жорж Клемансо. По-соседски Маклаков «счел своей обязанностью» на следующий день после переезда нанести ему визит. Соблюдая правила приличия, Клемансо в ответ через несколько дней оставил соседу свою визитную карточку. Она впоследствии очень помогла Маклакову при осуществлении многих афер.

Некоторые подобные операции Маклаков проводил вместе со всемирно известным аферистом, соотечественником корнетом Савиным. Последний, совершая турне с аферами по различным странам, оказался в Париже в одно время с Маклаковым. Можно представить, какие грандиозные аферы были проведены совместными усилиями этих гениальных мошенников. К сожалению, в ряде российских газет был приведен только один подобный случай.

В русское посольство в Париже явились два господина, просившие свидания с послом. Один из них представился маркизом Тулуз де Лотреком, а на визитке его спутника значилось: «Брат члена Государственной думы Н. А. Маклаков». Посол Савина и Маклакова, конечно, не принял, а на встречу с ними направил секретаря. Последнему они представились шефами одного русского благотворительного общества во Франции и попросили на нужды этого общества 3 тысячи франков. Их доводы были столь убедительны, что секретарь не смог им отказать и выдал просимую сумму. Аферистам осталось только поделить выручку: Савину досталось 2 тысячи франков, а Маклакову — 1 тысяча франков.

Кстати сказать, легенда Маклакова о том, что он брат члена Госдумы В. А. Маклакова, использовалась им за границей не единожды. Для подкрепления этой версии он даже послал своему высокопоставленному однофамильцу в Россию телеграмму такого содержания: «Пьем твое здоровье с местным комитетом Социал-демократической партии. Твой брат Николай Маклаков». Сенатору Василию Алексеевичу Маклакову, получившему такую телеграмму, осталось только развести руками и еще раз удивиться ловкости афериста.

В конце концов Николая Маклакова уличили в мошенничестве, и он был вынужден бежать из Парижа в Швейцарию. Ускользнув от преследования французской полиции, Маклаков в Швейцарии начал с того, что обманул хозяина одной гостиницы, не заплатив за проживание. Оказалось, что по швейцарским законам такой человек считался «обманувшим доверие» и подлежал суровой уголовной ответственности. Маклакова арестовали недалеко от французской границы в одной из шикарных гостиниц. Отбывая наказание в швейцарской тюрьме, Маклаков, не выдержав строгого тюремного режима, обратился к прокурору Петербургского окружного суда с ходатайством о переводе его в одну из тюрем России, так как якобы хотел повиниться в содеянном.