— Спасибо за совет, ваше высочество, — язвительно отозвалась Лакрийя.

— Всегда пожалуйста!

Но я прекрасно понимал, что упрямая бестия так просто не откажется от своих намерений, поэтому бросил взгляд на светлеющее небо за окном и поинтересовался:

— Ты возвращаться к себе думаешь, или тут останешься?

— А можно? — с надеждой уточнила эльфийка.

— Кровать большая, места хватит, — невозмутимо ответил я и принялся сбрасывать с ног сапоги.

Подумав, я поленился раздеваться, все равно рассвет скоро, и лишь снял куртку, которую бросил на пол. Вытащив из-под девушки одеяло, я укрыл нас, так как в комнате было прохладно, и погасил магический светильник. А в следующий момент почувствовал, как девушка прижалась ко мне всем телом, ощутил нежные прикосновения руки Лакрийи к моему животу и недовольно сказал:

— Если тебе обязательно нужно кого-нибудь подомагаться — иди к Хору, он в комнате прямо над нами, найти не сложно будет. А мне дай поспать.

— Разве вам неприятно, что я делаю, ваше высочество? Разве вы совсем не хотите заняться со мной любовью? — томно произнесла Лакра, не переставая орудовать своими пальчиками, спускавшимися все ниже. — Безо всякого подтекста, просто для обоюдного удовольствия.

— Нет, — ответил я и добавил с иронией: — Неужели ты сама сейчас этого не чувствуешь? Рука эльфийки, успевшая достичь нужного места, удивленно замерла.

— Но почему? Вы не способны на плотские радости из-за своих способностей? Или вам совсем не нравятся женщины?

— Ни то, ни другое, — вздохнул я. — Если ты внимательно слушала мой рассказ по дороге сюда, то должна помнить, что после того как научился создавать себе тело дракона, я долгое время жил вместе со своей стаей. Так вот, могу поделиться с тобой страшным секретом — плотские радости драконов по степени удовольствия в сотни раз сильнее ощущений других рас. Поэтому после тесного общения с драконицами меня на бесхвостых и бескрылых девушек вообще не тянет.

Лакрийя наконец убрала свою руку. И вовремя, потому что я уже сдерживался с трудом, все-таки ласки девушки оказались весьма настойчивыми. Именно ради этого я и разрешил эльфийке остаться, так как понимал, что никакие уговоры не пошатнут ее намерений завоевать меня, а наоборот — лишь добавят решимости. Ведь запретный плод сладок, не так ли? Ну а теперь Лакрийя поймет, что в таком идеальном мне все же есть один недостаток, который одним махом может перечеркнуть половину достоинств. Теперь она всерьез задумается — а есть ли вообще смысл добиваться моего внимания? И это будет эффективнее любых приказов и объяснений.

— Сочувствую вам, ваше высочество, — тихо произнесла эльфийка, но не стала от меня отстраняться, словно от прокаженного, и ретироваться к себе.

— Не стоит, — отозвался я. — И пожалуйста, называй меня по имени. Во-первых, мне так привычнее и удобнее, а во-вторых, не будет риска, что услышит кто-нибудь посторонний. Ведь по легенде мы имперские адепты, поэтому не нужно плодить слухи.

— Хорошо, Алекс.

— А теперь спи! — приказал я и отправился к Темноте, успев почувствовать, как на мою грудь снова опускается белокурая голова эльфийки.

Как я и предполагал, выспаться толком нам не дали. Из уютной угольной черноты меня выдернул веселый возглас Хора:

— Подъем, Алекс! Столица ждать не будет! А что…

Открыв один глаз, я с тоской оглядел застывшего на пороге демона, прервавшегося на половине фразы, до которого только сейчас дошло, что в постели я нахожусь не один. Видимо, утреннюю побудку он начал с визита именно в мою комнату. Разбуженная возгласом Лакрийя, всю ночь использовавшая меня в качестве подушки, подняла голову и осмотрела визитера, после чего прикрыла рот ладошкой и сладко зевнула, а Хор, таки оценив картинку перед глазами, расплылся в улыбке и довольно заявил:

— Я так и знал! И ведь говорил же, что сильным чувствам ничто не помеха!

Я только тяжело вздохнул и открыл второй глаз. Но пока я решал, что дальше делать — весь день молча сносить шуточки демона или сделать попытку оправдаться, эльфийка неожиданно спросила у Хора недовольным тоном:

— А ты случайно не знал, что у вас ночью в замке очень холодно? Нет, понятно, что слуги дрова экономят, но тогда хотя бы дали теплые одеяла, чтобы мне не пришлось посреди ночи искать, к кому бы пойти погреться! — Величественным жестом она отбросила одеяло и невозмутимо добавила: — Видишь, даже Алексу, и то пришлось в одежде спать.

Демона моя одежда сейчас волновала меньше всего. С трудом отведя взгляд от прелестей эльфийки, он смущенно произнес:

— Извините, я думал… В общем, буду ждать вас на завтраке.

Со слегка виноватым выражением на морде Хор поспешил удалиться, а я понял, что больше поспать все равно не удастся, поэтому встал с кровати и подал Лакрийе ее практически невесомый халатик.

— Отправишься с нами или останешься в замке? — спросил я девушку.

— Конечно, с вами. Лук с собой брать? — деловито уточнила она, прикрыв наготу.