— А если нападут на Хантеров? Вы должны им помогать?

— Нет. Мы не имеем права оставлять лабораторию без охраны.

— А как же вас отпустили?

— Мы охраной не занимаемся. Мы выполняем спецзадания.

— Сколько таких групп в лаборатории?

— Одна. Если мы не вернемся через два выброса, тогда пришлют другую группу. Один выброс уже был.

— У меня больше нет вопросов. — Хмурый посмотрел на своих друзей.

После небольшой паузы, Бармен сказал:

— Ну если вопросов больше нет…

Он поднял пистолет и выстрелил два раза.

Где-то наверху, на лестнице, раздался голос Акелы:

— Парни! Вы закончили? Спускаться можно?

— Спускайся!

Послышались тяжелые шаги и скоро в проеме появились Акела и Шустрый. Они еле тащили семь приличных ранцев.

Бармен пошел к дверце, ведущей за стойку бара, и на ходу сказал:

— Спасибо Акела, что попридержал «Долговца». Не гоже ему встревать в наши дела. И ты, парень, не обижайся. Заносите все сюда. — Он открыл дверцу и указал рукой за стойку. — Оружие вояк тоже принесите. Потом, Акела, найди себе замену и спускайтесь сюда. Отметим победу.

Акела все сделал быстро. Сталкеры составили вместе два столика и уселись перекусить. Друг получил большой кусок сырого мяса и, оттащив его в сторонку, начал расправу над ним. Когда за столом произносили его имя, он поднимал голову и вилял хвостом, а потом снова возвращался к мясу. Он знал, что плохого про него не скажут — хозяин не позволит.

Шустрый рассказал о том, что произошло на блокпосту, после ухода сталкеров. Это были хорошие вести.

О, только что происшедшем, не было сказано ни слова, только выпили за победу и все. Чтобы не окосеть, раздавили только один пузырек. Другими словами был самый обычный ужин. Немного посидев с ними, Бармен встал и сказал:

— Хмурый, Лис и Абориген. Когда закончите, зайдите ко мне. Акела пристроишь Шустрова на ночлег. А пока ешьте, пейте, если что потребуется, то крикните.

Он ушел к себе за стойку.

Ребята наелись до отвала и закурили.

— Шустрый! А ты как в «Долг» попал?

— Да! — он махнул рукой. — Можно сказать из-за принципа.

— Ну-ка, ну-ка?! Это интересно! — Лис поудобнее уселся. — Что за принцип?

— Да! Повестка в армию пришла. Я не против службы. Но ты мне скажи, что надо, что повинность такая. А комиссар нас построил и говорит, что это «почетная обязанность». Я думаю: «Кому это я, интересно, обязан?» Или мать моя? Знаете сколько она получала на меня пособие? Семьдесят рублей! Носки детские стоят дороже. А в школу пошел! Экипировка Сталкера стоит дешевле, чем школьника. Мать жилы рвала, чтобы я себя ущербным не чувствовал. А они мне говорят, что я обязан, да еще радоваться этому должен. Единственному, кому я обязан, так это моей матери. И вот вместо того, чтобы облегчить ей жизнь, я должен куда-то ехать выполнять обязанность. Короче решил, что в армию не пойду. Ну и случайно напоролся на вербовщиков «Долга». Пройду стажировку и буду матери деньги высылать.

— Ну что тут скажешь? Похоже, что парень ты хороший. А значит и мать у тебя хорошая. — Лис вздохнул. — Только вот не отпускает Зона. Даже если ты, когда-нибудь, выйдешь из Зоны, то тебя будет тянуть назад.

— Старый тоже так говорил. Он даже предлагал мне свои деньги, чтобы я отослал матери. У него на Большой земле никого нет.

— Хороший Сталкер. Правильный. Держись к нему ближе.

— Да он и так меня опекает.

— Вот и отлично, а ты ему не перечь.

Лис посмотрел на Друга и увидев, что тот уже улегся подремать, сказал:

— Ну ладно! Вы тут ешьте, а нам надо к Бармену. Еще что-нибудь принести?

— Да тут всего полно. Нам это-то не съесть.

— А кто вас торопит? Бутылка есть. Закусь есть. Сидите, отдыхайте. Ну пока! Мы пошли.

— Давайте! Пока!

— Там люди с Зоны! Понимаешь? Бармен? Наши с тобой земляки!

— Не терзай душу, Хмурый. Все я понимаю. Еще я понимаю, что нам лабораторию не взять.

— Черт! — Сказав это, Хмурый как-то сразу успокоился. — Ты прав, Бармен. Что-то я разнервничался. Хм! Да! Хренда. Ладно. Давайте посмотрим, что эти молодцы притащили с собой.

Бармен очень внимательно посмотрел на Хмурова. Ему не понравилась перемена, произошедшая с Хмурым. Зная людскую психологию, он сообразил, что тот замкнулся и будет действовать самостоятельно.

— Хмурый. Друг. Брат. Я был не плохим сталкером. Это тебе скажет любой ветеран. И вот однажды, собирая артефакты, я попал в очень скверную историю. На меня напали крысы с крысиными волками. Обычно мы не обращаем внимание на крыс. Как правило они не нападают, если не забираться в их логово. А тут напали. Их была тьма! Даже больше! Я бежал от них и отстреливался. Не знаю, уж как, но попал я в язык. Ну знаете. Справа и слева аномалии. Пробегаю метров сто пятьдесят, чувствую, а впереди тоже аномалии. Ни одной щелочки, чтобы прошмыгнуть. Поворачиваюсь к крысам и, бамс…! К чертям собачьим… Наступаю, нечаянно, на трамплин. Лечу и думаю, сейчас всмятку. Падаю на ветви огромной ели. Спружинил и отлетел на кустик. Как говорят: отделался легким испугом. Только хотел уходить, смотрю, как посыпится сверху! Крысы с волками. А вокруг меня, оказывается, сплошным кольцом аномалии. Как давай их плющить, разрывать и выворачивать. Аж жуть! Которые ко мне попадали, я тех в аномалии отшвыривал. Потом все закончилось. А идти не могу. Как в камере, только на свежем воздухе. Вот тогда я и попал под выброс. Помните, я говорил? После выброса, круг разорвался. Я и вышел. Пришел в Росток. Все бросил и занялся тем, чем сейчас занимаюсь. Понял я тогда, что Зона — Начало нового. Остановить ее нельзя. Что бы там ни говорили ученые с мировым именем, клан «Долг» и новички Сталкеры. Нельзя ее остановить. Она после каждого выброса расширяется. Пройдет две-три сотни лет и на Земле будет новая жизнь. А Сталкеры будут новой цивилизацией. Может я и не прав, но опровержения-то нет. Подтверждение есть! Артефакты на Большой земле не работают! Зона помогает тем сталкерам, которые ей нужны, и губит тех, кто ей неприемлем. Вот и меня она спасла, но предупредила, что зарываться не надо. Тебя Зона любит. Она тебе даже Друга подарила! Но запомни! Зарываться нельзя!

— Бармен. Ты меня не правильно понял. Я просто хочу погулять по Зоне. Узнать, вспомнить, проснуться. Давай посмотрим наши трофеи и по койкам.

— Не убедил я тебя, а жаль. Ну, тогда, пообещай, хоть, вернуться.

— Обязательно вернусь. Не боись! Поброжу и вернусь.

И они начали разбирать вещи уничтоженного ими спецотряда.

Шустрый напросился к Хмурому в попутчики. Тот возражать не стал. Зачем обижать парня? Да и не в напарники он попросился, а до блокпоста. Все равно по пути.