Она налетела на него и начала колотить обеими руками.

— Где Гарри? — кричала она. — Что ты с ним сделал? Где ты его держишь? Ты не мог убить его,

он нужен тебе, чтобы готовить Многосущное зелье…

— Гермиона, — Драко не делал не малейшей попытки защититься от ударов. — Я клянусь тебе, я

ничего ему не сделал…

— Врешь! — она схватила его за воротник и стукнула головой об каменный пол, отчего у Драко из

глаз искры посыпались, потом вытащила палочку и нацелила ее ему в сердце. — Если ты что-то

сделал Гарри… если ты отрезал его пальцы, чтобы приготовить зелье…

— Слушай, — Драко пытался успокоиться, — ничего я не сделал твоему дружку, ни волоска

не тронул. Хотя стрижка ему бы не помешала. И я не готовил Многосущное зелье. Это то зелье,

которое Снейп дал нам в классе, просто оно не прекратило действовать.

Гермиону трясло, но палочку она не опускала.

— И ты думаешь, что я поверю в это?

Драко посмотрел на нее.

— Мой отец научил меня Черной Магии…

— Не меняй тему, Малфой.

— Наложи на меня заклинание истины, — сказал он. — Я покажу тебе как.

— Это сложная Черная Магия, — побледнела Гермиона. — Ее использование контролируется

Министерством…

— Хорошо, — Драко поднялся, схватил ее за руку и направил палочку себе в сердце.

— Веритас, — произнес он.

Сноп черного света вырвался из палочки и ударил Драко в грудь. Он видел, как отец подвергал

этому заклинанию множество людей, но никогда не представлял, что они чувствуют. Теперь он знал

это, и знал, почему это заклинание относилось к Черной Магии, — будто два огромных крюка

вонзились в его грудь и раздирали ее изнутри, обнажая его сердце.

— Спрашивай быстро, — сквозь зубы проговорил он. — Больно.

Гермиона ошеломленно смотрела на него, собираясь с мыслями.

— Гарри… С Гарри все в порядке?

— Да. — Голос Драко звучал странно и как-то прозрачно, он сам его не узнавал.

Она моргнула.

— Как получилось, что у тебя его внешность?

— Мы выпили зелье на уроке Снейпа, и не превратились обратно. Гарри думал, что я что-то

сделал с зельем, но это не так… Он мне не поверил — ударил меня — я дал сдачи, он стукнулся об

стену. А потом я понял, что все думают, что я — Гарри. Пришлось притворяться.

— Почему?

— Я хотел посмотреть, как это будет, — сказал Драко. — Сначала я думал, что смогу получить все

его преимущества, узнать его секреты, а потом использовать их против него. Но все вышло не так, —

он вздохнул. Казалось, каждое слово выдирали из него клещами. — Как будто часть Гарри перешла

ко мне. Я начал действовать, как он, и не мог ничего поделать. Я спас жабу Невилла, защитил тебя

от Бладжера. Теперь я вижу и испытываю совершенно другие чувства, каких не чувствовал никогда.

— Например, жалость? — Гермиона хмурилась.

— Да, — ответил Драко.

— Где Гарри?

— Когда я сказал, что отец Драко Малфоя забрал сына домой, это была правда. Только вместо

меня он забрал Гарри.

Поняв, что на самом деле произошло, Гермиона содрогнулась, но палочку все равно не опустила.

— Почему ты думаешь, что с ним все в порядке?

— Я чувствую, — сказал Драко. Он слушал свой голос и сам удивлялся. — Я не понимал этого

раньше, только сейчас… Это как шрам Гарри. Он и Волдеморт связаны неудавшимся проклятьем;

21

теперь я связан с Гарри действием зелья. Я почувствовал, когда он покинул замок, вот почему я

убежал с ужина. Я понял, когда он очнулся.

— Что ты собирался делать? — спросила она. — Продолжать быть Гарри? Кто-нибудь бы тебя

разоблачил, как я. У тебя был план?

— Нет, не было. Я пытался придумать, как добраться до Гарри.

— Какое тебе дело до Гарри? Какое тебе дело, если он умрет?

— Слушай, я же сказал, — Драко выговаривал слова с трудом. — Во мне есть часть Гарри. Она

заставляет меня делать вещи, которые я никогда бы не стал делать сам. Сейчас, например, она