Драко прищурил глаза.

— Я хочу сказать… — начал он и осекся. Он чувствовал странное желание рассмеяться, но

подавил его. — Забудь. Все равно это ничего не значит.

— Так что же ты от меня хочешь?

126

Вот теперь он улыбнулся.

— Ну, если ты собираешься сидеть вот так, то, по меньшей мере, ты могла бы немножко

поизвиваться.

Она пристально посмотрела на него.

— Ты шутишь?

— Я не уверен.

— Тогда давай попробуем, — сказала она, нагибаясь, чтобы поцеловать его.

Поначалу поцелуй пришелся (немножко неуклюже) в уголок рта, поэтому Драко приподнялся,

чтобы обнять ее за плечи и притянуть в более удобное положение. Он полусидел, склонившись в

поцелуе, руки его скользнули вверх, погрузившись в ее шелковистые волосы — ее губы были

прохладными и имели вкус лимона — и он только-только начал получать удовольствие от всего

этого, как громоподобный звук взрыва расколол поляну.

Он рванулся прочь от Флёр, которая, потеряв равновесие, упала рядом на колени.

— Уф-ф, — раздраженно сказала она. — Что это с тобой?

Но Драко смотрел мимо нее, в направлении мостика-дракона, который выгибался над высохшим

прудом. Без видимой причины, большой кусок железного поручня оторвался и обвалился набок, упав

глыбой скрученного металла на глинистую землю. Это и было причиной шума, который он услышал.

— Что это… — начал он.

— Ах, это, — ответила Флёр, проследив за его взглядом. — Ну да, это потому, что мы оба Магиды,

понимаешь? Когда между нами проявляются эмоции, вот как сейчас… — Она изобразила руками

очень выразительный, чисто французский, жест. — Бабах!

— Бабах? — повторил Драко, недоверчиво глядя на нее. — Наш с тобой поцелуй вызывает что-то

вроде… лучей смерти, и все, что ты можешь сказать — это «Бабах»?

Она хихикнула.

— Это еще и потому, что мы оба немножко вилы. Понимаешь, это очень необычное сочетание. Я

как раз подумала, что нам следовало бы использовать это по максимуму. — Она подмигнула ему. —

Это могло бы быть очень-очень забавно.

— Флёр, — заговорил он, чувствуя неожиданную досаду, — когда я задумываю сделать чтонибудь очень-очень забавное, обычно это не заканчивается тем, что я оказываюсь очень-очень

убитым. А я думаю, именно это здесь и случится, так что извини, но я собираюсь остаться твоим

должником.

Она улыбнулась уголком рта.

— Совсем не обязательно.

Он посмотрел на нее.

— Что ты имеешь в виду?

— Есть нечто другое, — сказала она, — что ты можешь дать мне…

***

Когда Лупин вошел в библиотеку, он застал там Рона и Гермиону, сидящих у стола и зарывшихся

в книги по уши. Гермиона поручила Рону изучить историю Салазара Слитерина. Его рыжая голова

выглядывала из-за стопки книг с названиями типа «Слитерин сквозь века», «Злые Темные Маги и

гадости, которые они делали», «Справочник для Повелителей Зла» и «Истинно коварные планы —

обзор», написанная лично Салазаром Слитерином.

Сама же Гермиона обложилась книгами с названиями вроде «Контрзаклятия — комментарии»,

«Любовные зелья — легенда или реальность» и «Быстрое обращение заклятий — что делать, когда

вы напортачили и хотите быстро исправить».

Гермиона устало смотрела на Рона.

— Нашел что-нибудь?

— Ничего, — ответил Рон из-за книг. — Точнее, банкет из шести блюд «ничего» и ложечка чепухи,

чтобы рот прополоскать. А что у тебя?

— Ничего полезного.

Она перевела взгляд на Лупина, когда позади него хлопнула дверь, и спросила:

— А где Сириус?

127

— И вам здравствуйте, — ответил Лупин, проходя вперед и оглядывая стопку книг на столе. — Он

с Гарри.

— Простите, профессор, — слабо улыбнувшись, сказала Гермиона. — И простите за беспорядок в

библиотеке…

Она широко взмахнула рукой, показывая, что они с Роном натворили, и при этом чуть не сшибла

книгу со стола.

Лупин поймал ее одной рукой.

— Осторожно, — сказал он. — Это та самая книга, которую я пробую перевести.