смысле. Мысленно его отбросило с прошлое — лет на пятнадцать, в другую ночь, похожую на

нынешнюю, только более темную и освещенную вспышкой оранжевого пламени: дом, рухнувший

с одной стороны, словно раздавленный гигантской ногой, удушающие облака пыли и штукатурки,

дравшие горло и щипавшие глаза, когда он продирался сквозь обломки и руины на детский крик… А

над всем этим — гибельное зеленовато-черное облако, такое же безошибочно узнаваемое, как и

это… Череп со змеей, выползающей изо рта, темные пустые глазницы, заполненные звездами…

Знак Мрака.

217

Глава 10. Связи и призывы

a fronte praecipitium a tergo lupi

(между пропастью и волком)

— Оживимус!

Гермиона вынырнула из слепящей тьмы, захлопала глазами — но перед ней оказалась еще более

беспросветная мгла. Она сдавленно вскрикнула — темнота исчезла, сменившись на освещенное

бледным желтоватым светом взволнованное лицо над ней.

Это был Сириус, в руке он держал мокрую тряпку.

— Гермиона… — позвал он. — Ты как? Ты знаешь, кто я?

Она кивнула и почувствовала резкую вспышку боли в голове где-то позади глаз. Ее органы чувств

медленно возвращались к окружающей действительности: она лежала в гостиной Висли, накрытая

одеялом.

— Гарри… — прошептала она. — Драко… Все остальные…

— Рон и Джинни все еще без сознания, — отвел глаза Сириус. — Их ударили Оглушающим

Заклятьем. Так же, как и тебя. — Он поколебался. — Ни Гарри, ни Драко здесь нет. Гермиона, что

произошло?

Из ее глаз брызнули слезы:

— Их здесь нет? А где они?

— Я не знаю…

— Сириус, может, они…

Сириус взял ее за руку:

— Они не умерли. Во всяком случае, Гарри жив, а я не могу представить себе того, кто захотел бы

убить Драко и оставить Гарри в живых.

— А откуда ты знаешь, что с Гарри все в порядке?

Сириус потянул вверх рукав и обнажил правое запястье, которое обхватывал плоский серебряный

браслет, украшенный искрящимся красным камнем, — так поблескивали глаза Косолапа, когда свет

падал прямо на них. Гермиона смутно помнила, что, кажется, уже видела браслет раньше.

Приблизившись, она увидела, что блеск исходит из какой-то точки внутри камня.

— Я заколдовал этот браслет год назад, взял несколько волосков у Гарри, пока он спал. Обычное

заклятье Вивикус… Пока камень ярко сияет — Гарри жив и здоров, — он улыбнулся Гермионе, не понастоящему, а просто чтобы успокоить ее. — Кажется, годы моего обучения на Аурора не были

потрачены впустую.

Гермиона закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, забыть о боли, пульсирующей в голове

словами Гарри-Драко-Гарри.

— Где Нарцисса? — прошептала она. — И почему ты не приведешь в чувство Рона и Джинни?

— Нарцисса телепортировалась в Министерство — предупредить Висли. Они будут с минуты на

минуту. И я не привожу в себя Рона и Джинни, потому что… потому что… Чарли мертв.

— Мертв?.. Чарли?..

Сириус кивнул, его лицо помрачнело.

— Мы нашли его тело на кухне. Кто-то применил к нему Убийственное Проклятье, — он

помолчал. — Гермиона, кто это был? Что произошло?

Поставленная в тупик, Гермиона покачала головой.

Чарли не умер… он не мог умереть… в этом не было смысла… здесь было что-то неправильное,

что-то очень, очень неправильное… кусочки мозаики не складывались в единую картину,

не подходили друг к другу…

Правая рука Гермионы машинально потянулась к Ликанту и коснулась его. Она тут же

почувствовала себя спокойной, дыхание восстановилось. Подняв глаза, она взглянула на тревожное

лицо убитого горем Сириуса.

— Сириус, я расскажу тебе, что произошло.

Четырьмя часами раньше.

218

Глядя вслед Джинни, поскакавшей из кухни наверх к Драко, Рон покачал головой.

— Понять не могу, что она находит в нем, — мрачно произнес он и вперил сердитый взгляд