сказала Гермиона.

— Она должна была любить меня в любом случае, — прохрипел Слитерин, — Ведь я бы любил её

независимо от того, что Ровена могла сделать.

Заметив холодную ярость на его лице, Гермиона отступила назад.

— С той силой, которая у меня появилась, я был непобедим, — выговорил Слитерин медленно, —

Я решил показать, что стал самым великим волшебником в мире. Я создал армию монстров, и армии

людей просто увядали перед ними. Я управлял молнией и громом, я мог расколоть землю на две

половинки. Но я бы никогда не уничтожил мир, в котором жила Ровена. И я до сих пор люблю её,

даже после всего того, что она сделала мне. В конечном счёте, я вернулся, чтобы найти её, показать

ей, кем стал, и почувствовать её гордость. Но она уже была с Годриком, Ровена больше не любила

меня. Она посоветовала убраться подальше и оставить их в покое.

Гермиона уже в который раз посмотрела на Салазара Слитерина, проследила за его пристальным

взглядом, с которым он смотрел на гобелен, и внезапно поняла, что должно было случиться.

— Вы убили его, — чуть ли не пропищала Гермиона.

— Конечно, я убил его.

Гермиона вздрогнула, но не только потому, что Годрик Гриффиндор был немного похож на Гарри.

— Ровена, должно быть, ненавидела вас, — как-то жёстко произнесла Гермиона, а потом

вздохнула, — Или вы убили и её тоже?

— Нет, я не убивал её, — ответил Слитерин, — Я даже не смог взять её жизнь, после всего того,

что она отобрала у меня. Я не мог убить её. После этого моя собственная жизнь перестала что-либо

значить для меня, и я отдалился от всех, использовал сложную и опасную магию. Эта магия

полностью обеспечила мне восхождение над миром, восхождение с другой Ровеной, как источник

моей силы…

— Но я не Ровена, — возразила Гермиона дрожащим голосом, — Она умерла тысячу лет тому

назад, как и Годрик, и как должны были умереть вы! Вы не должны были возвращаться… никогда!

Чёрные, пустые глаза Слитерина на мгновение остановились на Гермионе. Казалось, что он

сейчас улыбнётся:

— Но я вернулся для тебя.

— Твоя сила ушла, когда Ровена разлюбила тебя, — отчаянно произнесла Гермиона, — Тогда

должен был быть другой источник твоей силы.

— И это так.

— Но я не хочу, не хочу оставаться с тобой, и ничто не сможет заставить меня сделать это. Даже

если ты будешь пытать меня.

— Это совершенно не нужно, — ответил Слитерин, — Да и к тому же неэффективно. Это может

только повредить тебе. Ты станешь моим источником, и если я буду использовать пыточное

проклятие, это будет не по законам любви.

— Любви? — разозлилась Гермиона, — Да это просто… отвратительно…

А вот теперь Салазар Слитерин улыбался.

— Ты так на неё похожа на неё — произнёс он, — И когда я немного поработаю с тобой, ты

станешь Ровеной. Ровеной, лучше, чем та, которая уже была у меня однажды, — Салазар поднял

свою голову и позвал Червехвоста, стоящего прямо за спиной Гермионы.

Через секунду тот уже был рядом со своим новым хозяином. Червехвост как-то фальшиво

«улыбался» Гермионе, а его маленькие крысиные глазки искрились:

53

— Время пришло, хозяин?

— Почти, — ответил Слитерин, — Уведи её обратно в комнату и запри там. Очень скоро время

придёт.

***

Летя только по собственному инстинкту, Гарри спускался всё ниже и ниже, чудом избегая

столкновения с деревьями. Преодолев последние ветви, он, наконец, увидел землю. И через

несколько секунд Гарри уже стоял на ногах и озирался вокруг. Он оказался на небольшой полянке,

окружённой высокими деревьями. Здесь почти не было света, но острое зрение ловца помогало

Гарри замечать малейшие шорохи и изменения даже в неосвещённом пространстве. Он практически

сразу увидел поломанную метлу Драко, а потом и самого Малфоя, лежащего недалеко от неё. Гарри

сразу поспешил на это место, и по мере приближения заметил раскрытые глаза Малфоя. Тут же в