— Хм… Здравствуйте, — сказал Гарри волшебнику-охраннику, стоящему у входной двери в Клуб,

который был самым большим и несомненно красивым зданием в Диагон Аллее. Оно стояло в

стороне, но его легко можно было узнать по развевающемуся над крышей флагу: окруженные

золотыми звездами две скрещенные метлы на красном фоне .— Я Гарри Поттер и мне надо увидеть

Виктора Крума.

26

Охранник фыркнул. «Отстань», — отмахнулся он, не глядя. Гарри повернулся и взглянул на Рона

и Драко, которые стояли невдалеке и подбадривали своими взглядами. (Джинни осталась в Норе в

надежде на то, что придет какое-то известие от Гермионы.)

— Я Гарри Поттер, — настойчиво повторил он, — и я хочу видеть Виктора Крума. Он ждет меня.

— Ты не… — откликнулся охранник, но осекся, увидев шрам и очки. — Боже! Ты ведь Гарри

Поттер, да?

— Вот уже 16 лет, — невозмутимо сообщил Гарри.

— Это правда, что ты будешь играть за Англию в будущем году? — волшебник смотрел на Гарри,

открыв рот.

— Может быть, — подмигнул ему Гарри. — Видите ли, Виктор хотел познакомить меня с

некоторыми английскими игроками… ну, хотел повлиять…

Волшебник был в экстазе: «Сам Гарри Поттер играет за нашу сборную!» — воскликнул он.

— Только никому не говорите, — посоветовал Гарри, — я думаю, что это пока секрет…

— Хорошо-хорошо, — поспешно отозвался служитель. — Я немедленно доложу мистеру Круму о

вас… Правда, он просил его не беспокоить, но, думаю, это не касается вас, Гарри… Могу я звать вас

Гарри?

— Конечно, — великодушно улыбаясь, разрешил Гарри. Он ненавидел свою популярность в мире

волшебников, но не мог не признать, что сейчас она ему здоров помогла.

Охранник повернулся к панели на стене дома, на которой были кнопки с номерами. Он нажал одну

из них: «Мистер Крум! Вы у себя?» На гладкой поверхности кнопки появилось маленькое

изображение сурового лица Крума.

— Что вы хотите?

— Тут Гарри Поттер и… — охранник посмотрел на Рона и Драко.

— Они мои друзья, — пояснил Гарри.

— …его друзья хотят видеть вас.

Повисла пауза. «Оч’ень хорошо. Я увижусь с ними», — изображение исчезло.

У Гарри отлегло от сердца. Охранник с улыбкой повернулся к ним. «Сборная Болгарри

остановилась на третьем этаже. Комната Крума первая дверь налево. И… могу я попросить ваш

автограф?»

***

— Видите, — поражался Драко, когда юноши поднимались по лестнице, — Самые простые планы,

всегда самые лучшие. Так же как лучшая ложь всегда основана на правде!

— Это из ваших семейных поговорок? — кисло сказал Рон. — Мне бы хотелось услышать

остальные.

— А знаешь, какая моя самая любимая? — не унимался Драко. — Ты можешь получить больше с

вежливым словом, и вдвое больше — с нужным вежливым словом — мой папочка часто ее

использовал. О, мы, кажется, пришли…

Гарри постучал и через секунду дверь распахнулась. За ней стоял хмурый Крум, одетый в красную

мантию сборной Болгарии. «Гарри, — он бросил живой взгляд на Рона (узнал…) и равнодушный —

на Драко. — Я рад видеть тебъя, но тебъе не кажется, что уже доволно поздно…»

— Мне нужно кое о чем спросить тебя, Виктор. Это касается Гермионы…

Пораженный Крум сделал шаг назад и впустил всю троицу к себе в комнату, которая, несмотря на

всю роскошь клуба, выглядела совершенно по спартански. В ней была кровать, стол и несколько

кресел, везде — спортивный инвентарь. Виктор не предложил им сесть, но его вид стал несколько

дружелюбнее. Он ворчливо спросил: «Ну? Так что же?»

Глядя на Крума, воздвигшегося над Драко и Гарри, Рон вдруг осознал, что их поступок был

несколько безрассудным. Смелое предложение Драко надрать, в случае чего, Круму задницу

выглядело трудновыполнимым. Что Драко, что Гарри смотрелись перед Крумом, как два деревца —

гибких и тонких. Крум же был гораздо выше и плотнее, он мог придавить Гарри, и у него вполне бы

хватило сил, чтобы перебросить Драко через Олимпийский плавательный бассейн.