не обратил никакого внимания. В костях поселился тасобирался увернуться от удара, он понял, что единсткой холод, что, казалось, теперь ему никогда

венное, чего ему сейчас хочется, — это, как следует

не согреться.

Память

отбросила

его

назад,

врезать Малфою.

на замёрзшую башню: вот он присел на корточки ряГарри прекратил елозить и дёрнулся вверх — так

дом с Драко. Сверху на них лился лунный свет — яррезко, что обидчик не удержался и свалился. Гарри

кий, резкий, ядовитый — как чистый спирт.

кинулся на него — теперь он сидел верхом, размах— Может, ты меня просто ненавидишь? — спросил

нувшись, он ударил Драко кулаком в лицо — раз, друГарри, подрагивая от пробиравшего до костей мороза.

гой… На третий раз кулак оказался в крови; Драко за— Ненавижу? — переспросил Драко. — Я никогда

жал рукой горло Гарри, пытаясь задушить его, шаря

не смог бы тебя ненавидеть.

между ними второй рукой. Гарри понял, что тот ищет

Гарри не был уверен, что Драко сказал именно эти

свою палочку, и поступил так, как поступил бы Дадслова. Память, разум — они едва ли слушались его тели — резко и со всей силы дёрнул коленом вверх. Драперь: вот он стоит на коленях, держа в горсти окроко задохнулся, Гарри отпихнул его прочь и поднялся

вавленные осколки. Он специально собирал стекляшна ноги, сжимая палочку врага в окровавленном кулаки, не пытаясь поберечь руки, — он хотел порезов, хоке.

тел боли.

Задыхаясь от боли, Драко лежал на полу. Наконец,

— Ты ненавидишь меня, — бросил он залитому луон с трудом поднял голову и взглянул на Гарри; и гланой коленопреклонённому юноше напротив, — Я всеза его распахнулись, когда он увидел свою палочку

гда думал, что ты ненавидишь сам себя, но, возможно,

в руках гриффиндорца. Это была очень дорогая палочвсё дело в том, что тебе ненавистен именно я.

ка красного дерева — Гарри не раз слышал, как МалОн не смог вспомнить ответ Драко. Кажется, тот

фой хвастался, что та была изготовлена для его далёвозразил… в голове крутились какие-то обрывки фраз.

кого предка ещё во времена Тюдоров. Она была гладЭти воспоминания вызвали дурноту: господи, как у некой и прохладной на ощупь и как-то странно светиго язык повернулся сказать такую чушь?! Он вспомнил,

лась.

как Драко пнул флакон с противоядием, разбив его

— Хочешь, чтобы я сломал твою палочку, Малвдребезги. Гарри тогда захлестнула ярость и слепое

фой? — прорычал Гарри. — Интересно, что бы сказал

отчаяние: как он посмел, как он мог такое со мной

на это твой отец?

сделать?! Конечно, на самом деле Драко не собирался

Драко с трудом приподнялся на колени и взглянул

ничего делать с Гарри, в противном случае это свидена Гарри из-под упавших на глаза волос. Щека была

тельствовало о такой степени преданности, которой тот

разбита,

кровь

из расквашенной

губы

стекала

считал себя недостойным.

на рубашку.

Он

всё

никак

не мог справиться

Да, конечно, дело было не в нём, да и не стоило

с дыханием.

обвинять Драко в ненависти — ведь он же сам пони— А, ну… верни мне… палочку, Поттер… долбаный

мал, что это совсем не так, ведь он же мог сказать содурак…

вершенно чётко, когда Драко ненавидел его. Как раз

Палочка издала певучий звук, напряжённо изотут, в промёрзшем переулке, юноша, разговаривая

гнувшись в пальцах Гарри. Она была гибкой, и всё

с «Драко», думал, что того переполняет ненависть.

же — приложи Гарри малейшее усилие — и она сломаГарри не ожидал этого, был сбит с толку, ведь он прелась бы.

красно помнил времена, когда они с Малфоем

Драко не мог отвести от неё глаз, как ни старался,

не переносили друг друга: тот бы, без сомнения,

дыхание участилось, грудь вздымалась и опадала

с упоением порвал ему глотку при первом же удобном

под рубашкой.

случае и с улыбкой отправился восвояси. Гарри

— Извиняйся, — велел Гарри.

не представлял, что ощущает тот, кого ненавидят, —

Драко задохнулся от негодования.

вернее, представлял, что это вряд ли может кому— За что?