– Что вы узнали от генерала Фахима? – уже без всяких обиняков спросила Линда.

– Не скажу, что очень много, – прокричал Роман. – Но кое-что есть. Во-первых, нам известен человек, который заказал ракеты. Это некто Смит, человек европейской внешности и больших финансовых возможностей. Во-вторых, известно имя посредника. Это житель Кабула Мустафа Баят, владелец гостиницы «Баба Сааб». В-третьих, ракеты уже переданы людям Баята. Так что дальнейшая надобность в генерале Фахиме отпадает.

– Кто такой этот Смит? У вас есть хотя бы описание его внешности?

– У меня есть даже его фотография, – сказал Роман.

– Я могу на нее взглянуть?

– Конечно, Линда. Мы же друзья!

Линда никак не отреагировала на это замечание. Взглядом она поторопила Романа.

Тот порылся за пазухой и вытащил сложенный пополам листок бумаги.

– Вот, держите.

Линда развернула листок, но сейчас же разочарованно хмыкнула. Смазанное изображение позволяло увидеть светловолосого мужчину в темных очках, но черты его лица были так расплывчаты, что дать его точное портретное описание было бы крайне затруднительно.

– Настоящий Смит, – пробормотала Линда. – А получше изображения вы не могли достать?

– Скажите спасибо и за это, – заметил Роман. – У них такая древняя техника, что на большее рассчитывать не приходилось.

На самом деле это он попросил Гуляма несколько ухудшить качество снимка перед тем, как вывести его на принтере. Впереди предстояла нешуточная схватка с кураторами Линды, и Роман хотел иметь собственный козырь в этой схватке.

– Где, по предположению генерала Фахима, могут находиться ракеты? – спросила Линда, возвращая Роману снимок. – Они еще на территории Афганистана? Или их вывезли за ее пределы?

– У генерала Фахима нет никаких предположений по этому поводу, – сказал Роман. – Он передал их людям Баята и больше ничего не знает. Можете мне поверить, что это так. У него хватает забот помимо ваших ракет. Я думаю, если кто и может ответить на ваш вопрос, то это Мустафа Баят. Он контактировал со Смитом, и он же занимался переправкой ракет. Спросите у него.

– Спросим, – пообещала Линда.

Тут мотор заревел так, что разговаривать стало невозможно. Дорога потянулась в гору, и изношенные «Бредфорды» выбивались из сил, втаскиваясь на кручу.

Линда замолчала, переваривая услышанное. Роман тоже не горел желанием соревноваться с мотором. Все, что он считал нужным сообщить персонально Линде Эдвардс, он сообщил. Остальное пусть пока останется при нем. Раскрывать сейчас истинное лицо Смита он не хотел. Для начала надо посмотреть, как поведут себя англичане по возвращении, а потом решать, стоит ли делиться с ними информацией самого что ни на есть конфиденциального свойства.

Дорога заняла несколько часов. Ничего более нудного и утомительного нельзя было представить. Грузовики бесконечно долго тащились на подъемах и затем еще дольше съезжали вниз. На поворотах высоченный самодельный кузов опасно кренился то в одну, то в другую сторону, и пассажирам не раз казалось, что вот-вот они либо перевернутся, либо рухнут в пропасть. Но ничего, как-то обходилось, и пестрая колонна ехала дальше.

«Купе», предоставленное пассажирам, помимо несомненных достоинств, имело массу недостатков. Все передвижения были ограничены площадью в два квадратных метра. Можно было либо стоять, либо сидеть, но никак не ходить. Видимости почти никакой – плывущие за грязным оконцем желтые скалы не в счет. Духота стояла нестерпимая. Роман хоть наладился лазить к заднему борту на перекуры. Линда и этого была лишена и молча ждала конца дороги, сжимая зубы всякий раз, когда грузовик делал очередной поворот на петлистой, как змея, дороге.

Фахим перестраховался изрядно. Будь Роман один, его отправили бы на кондиционированном «Лендровере», и он бы долетел до пункта назначения с ветерком. Но, поскольку он захотел таскать за собой английского офицера, который из «Лендровера» отлично запомнил бы дорогу до кишлака, будь добр, терпи.

Он, конечно, терпел и даже посмеивался, глядя на Эдвардс, но все же иногда и досадовал, что должен по ее милости трястись на горных афганских проселках.

Но всему на свете приходит конец. Пришел конец и их путешествию. Грузовик остановился, по борту застучали. В купе прибежал чумазый мальчуган, дернул Романа за штаны, показал в сторону выхода.

– Думаю, мы приехали, – сказал Роман, распрямляя ноющую поясницу. – Пойдемте, мисс Эдвардс.

Они пробрались мимо оживленно лопочущих что-то кочевников и слезли с грузовика. Караван сейчас же поехал дальше, а растерянные путешественники остались одни на пыльной, безлюдной дороге.

– Куда теперь? – неуверенно спросила Линда.

– Думаю, туда, – сказал Роман, разглядев в отдалении некое придорожное сооружение.

Сооружение оказалось блокпостом британских вооруженных сил. Оказалось, кочевники доставили их под самый Кандагар, убравшись на всякий случай от греха подальше, пока разбитые дорогой путешественники ковыляли к блокпосту.