— Давай-ка тоже что-нибудь напишем.

Кайя покопалась в сумке, выудила оттуда пару листочков бумаги и подводку для глаз.

— Осторожно, карандаш мягкий, он пачкается.

— Так ты хочешь, чтобы я записал свой секрет? Вроде того, что я всегда хотел бойфренда в стиле злодея из комиксов, но после Нефамаэля на эту роль никто не годится, потому как не выдерживают конкуренции?

Люди, сидевшие за соседними столиками, оглянулись с таким видом, будто услышали обрывок разговора, но не поверили своим ушам.

Теперь закатила глаза Кайя.

— Он был всего лишь психованный садист. Это же не значит, что другие психованные садисты плохие?

Корни ухмыльнулся, взял листок бумаги и начал писать, сильно нажимая на косметический карандаш. Закончив, он передвинул листок в сторону Кайи.

— Я же знаю, что ты все равно прочитаешь.

— Я бы не стала без разрешения.

— Ладно, читай.

Кайя взяла листок и прочла: «Я готов на все, лишь бы не быть смертным».

Тогда она написала на своем листе: «Я украла чью-то жизнь».

Корни прочитал и молча положил оба листка в ящик.

Официантка принесла приборы и кофе. Кайя вылила в свою чашку все сливки без остатка и насыпала сахара с горкой.

— Ты думаешь над Заданием? — спросил Корни.

Кайя раздумывала о том, что написал Корни на своем листке, но сказала другое:

— Вот бы еще раз повидаться с Ройбеном, просто услышать от него своими ушами, что он меня прогоняет. Я чувствую себя так, будто застряла во сне и не могу проснуться.

— Так пошли ему письмо. С формальной точки зрения он ведь тебя не увидит.

— Куда и как я отправлю ему письмо? Спрячу в желудь и подброшу в окно?

— Все-таки ты не понимаешь законов, по которым живут фейри. Происходит на самом деле совсем не то, что кажется.

Кайя покачала головой, не желая впускать в себя слова Корни.

— Может, и хорошо, что мы разошлись. Как бойфренд, он не лучший вариант. Все время на работе! Управление Зимним двором отнимает чертову уйму времени.

— Еще он для тебя слишком стар, — подхватил Корни.

— И слишком часто бывает в плохом настроении. Натуральный эмо.

— Еще у него нет машины. Какой смысл в пожилом бойфренде, у которого даже тачки нет?

— И волосы длиннее, чем у меня.

— Могу поспорить, он причесывается дольше, чем ты.

— Но-но! — Кайя стукнула Корни по руке. — Я причесываюсь быстро!

— Я пошутил.

Корни усмехнулся.

— И вообще, роман со сверхъестественным существом — это непросто. Другое дело, когда ты сам оказываешься сверхъестественным существом.

Трое мужчин, попивающих капучино за соседним столиком, покосились на Корни. Один что-то сказал, остальные захихикали.

— Ты их нервируешь, — прошептала Кайя.

— Да они просто думают, что мы сочиняем какую-нибудь фантастическую историю, — возразил Корни. — Или что мы ролевики. Вот прямо сейчас и играем. — Он скрестил руки на груди. — Я тебя околдовал, и тебе придется заплатить за мой обед.

Неожиданно Кайя поймала взгляд девушки, которая приближалась к их столу. Концы ее тонких косичек полоскались в кофе. На ней было несколько пальто, надетых одно поверх другого, так что она казалась горбатой. Девушка убедилась в том, что Кайя смотрит на нее, перегнулась через стол и кинула в ящик бежевого бюро маленький листок бумаги. Затем она подмигнула Кайе, допила остатки своего кофе и вышла.

Как только девушка исчезла, Кайя вскочила и вытащила ящик. Внутри оказалась записка.

Когда Кайя и Корни добрались до клуба, снова пошел снег. Кирпичное здание было в несколько слоев оклеено рекламными постерами, поблекшими от дождей и уличной грязи. Корни сказал, что не знает ни одной из этих групп.

Женщина в черных джинсах и леопардовом пальто у двери продавала входные билеты, отрывая их от шуршащей ленты.

— Ваши приглашения? — спросила она, откидывая за спину аккуратные косички.

— Моя мама сегодня играет, — сказала Кайя. — Мы в списке.

— Все равно гоните приглашения.

Кайя устремила на женщину задумчивый взгляд, и воздух вокруг них завибрировал, словно от жары.

— Проходите, — с сонным видом сказала женщина.

Она поставила на руку Корни печать в виде синего черепа, и он прошел внутрь. Сердце его колотилось как безумное.

— Что ты с ней сделала?

Кайя улыбалась и принюхивалась. Корни казалось, что она не слышала вопроса или не собиралась отвечать на него.