– Дети фокусника или дети-фокусники. Я думаю, эти два слова довольно точно определяют, какой должна быть жизнь. Скучно жить, когда все расписано на годы вперед, когда все предсказуемо и любые неожиданности полностью исключаются. Тайна и возможность выбирать из множества путей - вот какой она должна быть. Новые люди, новые надежды, новые мечты и новые тайны - все это обязательно должно присутствовать в жизни каждого. И уважение к традициям и старине вовсе не отменяет, а дополняет новизну каждого нового дня, каждого события.

– Чем больше ты работаешь языком, тем меньше ты мне нравишься.

– Да, вы это тоже уже говорили.

– Говорила-то я говорила, вот только ты не слушала.

– Я знаю, это мой недостаток, - вздохнула Дел.

– Не слушать?

– Нет, много болтать языком. Как бы внимательно я ни слушала, я не могу не говорить сама.

Томми на заднем сиденье скрючился рядом со Скути. Ему было ясно, что пытаться принять участие в этом молниеносном обмене - только себя позорить.

– Невозможно слушать других, когда сама все врем" болтаешь, - проворчала мамаша Фан.

– Чушь!
– отозвалась Дел.

– Ты - скверная девчонка.

– Я как погода.

– То есть?..

– Ни хорошая, ни плохая. Я просто есть - и все.

– Торнадо тоже просто есть - и все. Но никто не назовет его хорошим.

– Лучше быть торнадо, чем определением из геологического атласа.

– В каком смысле?

– Лучше быть ураганом, чем каменной горой.

– Ураганы приходят и уходят, горы всегда остаются на месте.

– Не всегда.

– Всегда!
– чуть повысив голос, сказала мамаша Фан.

Дел упрямо покачала головой:

– Нет.
– Куда же они деваются?

– Когда солнце взорвется и превратится в сверхновую звезду, горы тоже исчезнут, - на одном дыхании проговорила Дел.

– Ты - сумасшедшая.

– Вот подождите еще миллион лет - и увидите сами.

Томми переглянулся со Скути. Еще совсем недавно он ни за что бы не поверил, что когда-нибудь будет чувствовать себя таким же бесправным и таким же бессловесным, как пес. Теперь это ощущение роднило его с собакой.

– Горы тоже взорвутся, - объясняла Дел, - и не останется ничего, кроме огненных торнадо. Понимаете? Горы исчезнут, и огненные ураганы будут кружить там, где они когда-то стояли.

– Ты ничем не лучше этого проклятого фокусника.

– Благодарю за комплимент, Фан, - серьезно сказала Дел.
– Это действительно напоминает фокус, когда камень режут обыкновенными ножницами, только масштаб иной - побольше. Так вот, торнадо сильнее камня, потому что торнадо - это страсть.

– Торнадо - это просто горячий воздух.

– Холодный.

– Все равно - воздух. То есть почти ничто. Бросив взгляд в зеркало заднего вида. Дел негромко присвистнула.

– Эй, за нами машина!

"Ягуар" быстро ехал по тихой пригородной улочке, обсаженной фикусами. Домики по обеим ее сторонам были аккуратными и ухоженными, но достаточно скромными.

Услышав восклицание Дел, Томми быстро выпрямился на сиденье и поглядел в заднее стекло их спортивной машины. Ярдах в двадцати он увидел огромный и грозный, словно колесница Джаггернаута, трехосный тягач "Петербилт" с прицепом.

– Интересно, что он делает здесь, в жилых кварталах, в такой час?
– недоуменно пробормотал Томми.

– Приехал по твою душу, - пояснила Дел, вдавливая акселератор в пол.

Огромное механическое чудовище тоже прибавило скорость, и в желтоватом свете уличных фонарей, скользнувшем по его ветровому стеклу, Томми увидел в кабине расплывчатое лицо мужчины в плаще. Лицо улыбалось, но расстояние было еще слишком велико, чтобы Томми мог рассмотреть горящие зеленым огнем глаза.

– Этого не может быть...
– устало выдохнул Томми.

– Еще как может, - сказала Дел.
– Жаль, здесь нет моей мамочки.

– У тебя есть мать?
– недоверчиво переспросила мамаша Фан.

– Вы правы, - покорно согласилась Дел.
– Я вылупилась из яйца, как все насекомые, и никогда не была ребенком - только личинкой. Вы совершенно правы, миссис Фан, у меня не было матери.

– Ишь какая!
– сказала мамаша Фан.
– Больно ты на язык остра!

– Благодарю вас.

– Эта девчонка слишком остроумна, - сообщила мамаша Фан сыну.