Рядом с ним, упираясь лапами в подушку, встал Скути., Как и в первый раз, "Петербилт" не успел сманеврировать и проскочил перекресток.

– Ну как, вам понравилось?
– требовательно осведомилась Дел.

– Думаю, в следующий раз ты вряд ли получишь страховку, - сурово заметила мать Томми. Скути жалобно и тревожно заскулил. Даже Деливеранс Пейн было не по силам заставить искалеченный "Ягуар" двигаться со сколько-нибудь приемлемой скоростью. Спортивная машина не ехала, а ковыляла, пуская из-под капота струйки пара, истекая охлаждающей и тормозной жидкостью, поскрипывая, гремя, попискивая, позванивая, скрежеща, звякая и дребезжа, словно какой-нибудь раздолбанный рыдван, в которых ездят в глупых комедиях комики-придурки.

Позади них на перекрестке снова возник "Петербилт". Он поворачивал за ними.

– У нас по крайней мере две лопнувшие покрышки, и давление масла падает, - сказала Дел каким-то чужим голосом.

– Ничего, - утешила ее мать Томми.
– Мы уже почти приехали. Дверь гаража будет открыта. Заезжай туда, и мы все будем в безопасности.

– Какого гаража?
– уточнила Дел.

– Гаража Куй Тран Дай.

– Ах да, ведьма-парикмахерша.

– Она не ведьма. Просто она жила на реке Ксан и еще девочкой научилась кое-каким вещам.

– Извините, я не хотела никого обидеть, - извинилась Дел.

– f - Гляди, вон впереди два дома, где горит свет...

Дверь гаража открыта - заезжай туда. Куй Тран закроет гараж, и мы будем в безопасности.

Демонический водитель тягача переключил передачу, и "Петербилт" рванулся к ним. Свет фар хлестнул Томми по глазам, и он зажмурился.

Скути снова заскулил и лизнул Томми в лицо - не то чтобы подбодрить, не то прощаясь с ним навеки.

Вытирая со щеки липкие собачьи слюни, Томми повернулся вперед.

– Как я могу быть в безопасности?
– спросил он.
– До рассвета еще далеко. Тварь увидит, куда мы пошли, и...

– Она не сможет последовать за нами, - сказала его мать.

– А мне кажется, она въедет на своем грузовике прямо в гостиную, - изрек Томми мрачное пророчество.

– Нет. Куй сделала эту куклу и вызвала духа из подземного мира. Он не может причинить ей вреда, не может даже войти в дом, пока Куй не пригласит его.

– Я не имею в виду ничего оскорбительного, мама, но, думаю, мы вряд ли можем рассчитывать на то, что тварь настолько хорошо воспитана.

– Твоя мама скорее всего права, - возразила ему Дел.
– Мир сверхъестественного функционирует по своим собственным законам - точно так же, как мы подчиняемся законам физики и механики.

Внутренность "Ягуара" снова осветилась светом фар тягача, и Томми сказал упавшим голосом:

– Если эта тварь ворвется в дом и убьет меня, кому мне жаловаться - Альберту Эйнштейну или папе римскому?

Дел не без труда свернула на подъездную дорожку, и искалеченный "Ягуар", переваливаясь с боку на бок, скрипя, вздыхая и натужно покряхтывая, захромал по ней к поднятым воротам ярко освещенного изнутри гаража. Когда - уже внутри - она затормозила, двигатель поперхнулся и заглох, задняя ось надломилась, и машина грузно осела на бетонный пол.

Дверь гаража стала медленно опускаться.

Мамаша Фан выбралась из машины.

Последовав за ней, Томми услышал снаружи пронзительный и какой-то разочарованный вой пневматических тормозов "Петербилта". Судя по звуку, тягач остановился на тротуаре прямо напротив дома.

У внутренней двери гаража стояла миниатюрная, как воробышек, вьетнамка ростом с двенадцатилетнюю девочку. По лицу ее блуждала виноватая, слегка заискивающая улыбка. Одета она была в кроссовки и розовый спортивный костюм.

Мамаша Фан быстро сказала ей что-то на вьетнамеком, потом представила ее прибывшим как Куй Тран Дай.

Встретившись взглядом с Томми, миссис Дай смутилась еще больше.

– Мне очень жаль, - сказала она.
– Такая досадная и глупая ошибка! Я чувствую себя старой, безмозглой коровой. Меня следовало бросить в яму с речными гадюками, но здесь нет ям и нет гадюк...

Томми заметил, что при этих словах ее большие темные глаза наполнились слезами.

– Я бы сама бросилась, честное слово!

– Ну?
– спросила Дел у Томми.
– Ты все еще хочешь убить ее?

– Пожалуй, нет.

– Слабак!

С улицы по-прежнему доносилось ворчание работающего на холостых оборотах двигателя "Петербилта".

Смахнув с глаз слезы, миссис Дай повернулась к Дел, причем лицо ее сразу посуровело. Оглядев ее с ног до головы, она с подозрением спросила:

– Ты кто?

– Никто. Посторонняя.

Миссис Дай недоуменно приподняла бровь и посмотрела на Томми.

– Это правда?