— Хорошо, прости, — осторожно произнес Дамон. — Глупо с моей стороны.

Сейчас Елена хотела искренне рассмеяться над его выражением лица, но сумела сдержаться. "Это будет глупо с МОЕЙ стороны" — остановила себя девушка и села в машину, ожидая любимого.

— Ты говорил нам надо спешить! — поторопила она своего спутника.

Он уже сидел за рулем, давая девушке почувствовать себя довольно неловко. Она даже не успела закончить фразу.

— Что может случиться с Бонни и Мэттом? Какая опасность им угрожает? — Елена дала выход панике, завладевшей ее голосом в полной мере.

— Китсун, — коротко бросил вампир, сжав руль с такой силой, что побелели костяшки пальцев. — Опять строит какие-то гадские планы, в соответствии с которыми мне просто необходимо вырезать половину клана торчков. Понятия не имею, что он задумал, но полагаю, что связано это с тобой. Очередная попытка похищения, — он не стал добавлять "или же убийства", потому как от одной лишь мысли об этом мог потерять человечность, чем сильно перепугал бы Елену. — Об этом я догадался не сам. Дело в том, что мой приятель сумел указать мне на то, каким жалким существом я стал, и как сильно заигрался в любовь. Со вторым положением я не согласен, а вот чутье мне отказывает. Планы Шиничи буквально перед глазами, а я веду себя как немощный ребенок. Сейчас все иначе. Ты должна мне пообещать несколько вещей: первое, ты сделаешь все то, что я попрошу сделать. Это нужно для твоей безопасности. Второе, ты попросишь об этом своих друзей. Причина одна — может, Бонни меня и послушает, а вот подросток начнет задавать слишком много вопросов. Третье, даже если тебе скажут, что я в опасности и мне нужна твоя помощь — ты ни в коем случае не станешь меня спасать. Я в этом не нуждаюсь. Сообщить это может кто угодно, даже твоя подруга-ведьма. Четвертое, если ты встретишь Стефана, мое дорогого родственника с подростковыми проблемами, ты не подойдешь к нему ни на шаг, пока я не разрешу тебе этого сделать. Если ты сейчас подумала о ревности, ты ошиблась, моя принцесса. У меня есть более веские причины для подобных требований — твоя жизнь. Я хотел бы быть неправ во всем и глубоко заблуждаться на счет братишки, но правда на моей стороне. Пожалуй, это пока все.

Дамон умолк, ожидая реакции на свои слова. Его вдруг с головой накрыло такой волной раздражение, что с трудом удалось вернуть себя в спокойное состояние. "Почему все именно так? Она стала моей благодаря этому невыносимому соплежую, святому Стефу и его дурацкой выходке. Разве не могло быть иначе? И почему все старательно пытаются отобрать у меня то, чего я добивался в течение нескольких лет, показавшихся бесконечными?" — он мысленно пообещал себе убить всех виновников своего отвратительного настроения, которое он чуть было не выместил на любимой девушке.

— Я могу пообещать тебе все, кроме последнего пункта, Дамон, — медленно протянула девушка, окидывая взглядом лицо своего спутника.

Ярость… Он опять был в гневе. Глаза чернее самой ночи, губы плотно сжаты в тонкую полоску, брови угрожающе сведены, волевой подбородок настойчиво выдвинут вперед, старательно демонстрируя окружающим ту опасность, с которой можно столкнуться, сделав всего один неразумный шаг. Но Елена ничуть его не боялась, она уже давно поняла, каким расположением пользуется у этого жесткого хищника. Ей он не мог причинить ровным счетом ничего, и ее порадовала мысль о том, что Дамон потерял способность слышать ее умозаключения.

— Ты должна это пообещать, — с нажимом произнес вампир. — Это для твоей же безопасности. Он может быть опасен, — на последних словах он сам чуть было не рассмеялся. С опасным Стефаном ему еще не приходилось иметь дел, но вероятность была слишком высока, чтобы пускать события на самотек. — Я говорю правду, Елена.

Девушка потеряла дар речи.

— Твой брат опасен для меня? — осипшим голосом повторила она. — Ты серьезно?

— ДА, — яростно повторил юноша. — Что именно в моих словах напоминает тебе шутку? Я похож на твоего дружка-юмориста? Нет?! Тогда сделай одолжение, перестань спрашивать одно и то же по нескольку раз. Он О П А С Е Н, — по буквам повторил молодой человек и отвернулся, перестав обращать какое-либо внимание на девушку.

Ему не удалось сохранить душевное спокойствие. Он все-таки сорвался, нагрубил Елене и очень скоро начнет об этом жалеть. Ее мысли были недоступны, но эмоции накрыли его с головой. Боль, обида, несправедливость, непонимание. И все они вызваны его выходкой. Он столько раз сдерживался в прошлом, а сейчас не удосужился подумать о последствиях своего гнева.

— Прости меня, я не в себе, — попытался загладить свою вину вампир. — Мне надоели эти интриги, скрытые смыслы. Я устал разгадывать этот ребус. И мне меньше всего хотелось тебя обидеть. Итальянская кровь… — извиняющимся тоном добавил он, притормаживая.

Елена довольно зло отреагировала на его слова:

— Ты эгоист до мозга костей, Дамон. Тебе надоели интриги? Ребусы? Загадки? У меня их ничуть не меньше, — она попыталась выйти из машины, но ей не удалось. По всей видимости, вампир предусмотрительно заблокировал двери. — Хорошо, я продолжу. Может, я скажу сейчас то, что ты меньше всего ожидаешь услышать, но я закончу. Либо ты посвящаешь меня в свои планы, либо можешь и не рассчитывать на обещание относительно четвертого пункта.

Молодой человек посмотрел на нее с нескрываемым восхищением и тихо ответил:

— Действительно неожиданно. Я думал, ты сейчас откажешься от моего предложения, принцесса. Может, прибегнешь к небольшому шантажу? Я очень соскучился по тебе, а особенно по разгневанной Елене, которая сидит сейчас передо мной, заставляя воображение вытворять такое…

Девушка успела лишь вздохнуть перед тем, как жаркие губы слились с ее в неистовом поцелуе, а нежные руки с силой прижимали к себе.

— Черт, — быстро прошептал Дамон, стягивая с девушки одежду. — Придется теперь постоянно отвлекаться, чтобы сказать тебе всего пару слов. Ягуар я оставлю в целости, твою одежду тоже, — пообещал он, целуя шею любимой. — Вроде это все, моя принцесса.