Где-то над головой перекликались невидимые пичуги, в кустах шуршал небольшой грызун - все это капитан старался подмечать. Он помнил "инструкции" Хруста: "смотри, слушай, нюхай". И задумчиво пожевывающего былинку часового, опрометчиво высунувшего свою лохматую рыжую голову над частоколом, Андрей увидел первым.

Капитан снял автомат с предохранителя, стараясь не производить особенно резких движений - судя по цветочкам, странноватые люди здесь обитают. Похоже, ему это удалось - часовой не подал признаков волнения.

–  Здравствуй, уважаемый… - начал Андрей во весь голос, но рыжая голова тут же исчезла за частоколом.

–  Стой, кто идет!
– истошно заверещал часовой из-за забора.
– Стой, а то стрелять буду!

–  Тише, дурик, тише!
– капитан не ожидал такого приема. Мало того, что горе-охранник не заметил приближающегося чужака, так теперь с перепугу и пристрелить может.
– Не ори! Я свой! Я - человек!

–  Много вас тут ходит!
– рыжие вихры на мгновение взметнулись над оградой, глаза зыркнули на Андрея, и в ту же секунду часовой вновь исчез за частоколом.
– Военный, ты один?

–  Нет, меня тут много. Конечно, один. Слушай, кончай орать, прятаться - давай поговорим. Хочешь, я даже автомат сниму, - и в доказательство своих слов Андрей положил автомат у своих ног, но с таким расчетом, чтобы в любую секунду суметь схватить его и открыть огонь.

–  Правда?

Голова вновь появилась на виду. Удостоверившись, что ему не соврали, часовой почувствовал себя гораздо уверенней.

–  Тогда стой здесь, военный, и смотри - ни шагу в сторону. У нас везде свои люди!
– безапелляционно заявил рыжий.
– А я пока за своим главным сгоняю. Молись, чтобы ты понравился Эмилю. Как по мне - так ты просто мужлан!

"Странный парень" - пожал плечами капитан вслед скрывшемуся часовому. Внимательно посмотрев по сторонам и не заметив никаких признаков "своих людей", офицер присел на старый мшистый пень, немного передохнуть. Последние дни дались Андрею тяжело: несколько раз он чуть не попался на глаза (на нюх, на слух?) плетунам. Сабки тоже особенно не докучали - лишь прошлой ночью, с юга, там, где по прикидкам капитана должны были начинаться степи, ветер донес обрывки воя. Не попадались и люди.

После Обмена встреча людей в тайге вообще стала большой редкостью. Да и не только в тайге. Половину поверхности планеты выжгли атомные бомбардировки; правительства практически всех стран в мире пали: после Обмена Земля на долгих пять лет погрузилась в пучину кровавых разборок между выжившими. Люди убивали друг друга в битвах за продовольственные склады, за нефтяные хранилища. То, что не доделало ядерное оружие, доводило до конца само человечество…

Лицо рыжего вновь появился над частоколом.

–  Военный! Ну, короче, порешили наши впустить тебя вовнутрь. Пойдешь вдоль ограды в ту сторону, - жест рукой, - дойдешь до ворот. Там тебя уже будет ждать Эмиль. Скажешь ему, что ты от Альберта. Он тебя дальше и поведет.

–  Спасибо, - капитан поднялся на ноги.

–  Да не за что. Надеюсь, ты у нас долго не задержишься!

Солнце уже исчезало из виду, и длинные тени поползли со всех сторон, когда Андрей добрался до ворот. Створками служили два огромных ржавых кузова самосвалов держащихся на глубоко вогнанных в землю бетонных телеграфных столбах. Ворота возвышались над общей оградой как памятник былого могущества человеческой цивилизации. Прочный металл и тесаные бревна - как символы прошлого и настоящего.

По краям створок, из-за внутренней стороны палисада выглядывали две деревянные башенки. Одна из них сейчас пустовала, зато из бойницы другой прямо на Андрея смотрела пара стволов охотничьего ружья.

Капитан остановился, развел руки в сторону, показывая, что он безоружен; автомат мирно, по-походному, висел за спиной.

–  Военный, ты от Альберта?
– нарушил тишину голос из башенки.

–  Ну да, от него.

–  Тогда заходи, чего стоишь, руки разводишь, - казалось, собеседник издевался над капитаном.
– Эмиль тебя уже заждался.

–  Welcome, - пробурчал себе под нос Андрей и толкнул створки.

Эмилем оказался невысокий мужчина средних лет с тонкими чертами моложавого лица, тонкими же, холеными пальцами и ухоженными ногтями. Капитан скосил глаза на свои грубые мозолистые ладони. Контраст. Но еще сильнее рук удивляла внешность Эмиля - в лучах заходящего солнца его яркие алые губы резко выделялись на фоне неестественно светлой кожи. Андрею сразу вспомнились старые фильмы про вампиров. На всякий случай, перебрал в голове способы ведения борьбы с нежитью - святая вода, чеснок, распятие, серебро… Нет, серебро - это, вроде бы, от оборотней. Так или иначе - все равно ничего с собой не было. Капитан постарался отогнать от себя бредовые мысли.