— А как пойдешь назад, если не в тягость будет, прихвати для меня какую-нибудь сладость. «Чупс» или «Квики», просительно сказал Асса. — Хочу жене подарить, то-то она порадуется.

— Постараюсь, — кивнул Яр и улыбнулся…

В этот раз знакомых охотников Яр так и не нашел — они, как потом выяснилось, отправились проверять силки. Он встретился с ними на следующий день, огорошил их известием, что выступать надо будет уже завтра. Поделился своими планами, рассказал об уложенных сумках, спросил, что еще, по их мнению, необходимо добавить к его припасам. Советов последовало много, но ничего нового Яр не услышал. И с провожатыми как-то не складывалось: один только Карим согласился провести команду Яра через лес к пустоши, остальные невнятно мычали о неожиданности предложения, об усталости и срочных делах. Позже Карим объяснил Яру, что охотники просто боятся идти вместе с космачом, вот и выдумывают разные отговорки. Они вместе над этим посмеялись, а потом помрачневший Карим тихо признался:

— Я тоже его боюсь.

Яр, надеясь приободрить охотника, рассказал, как комично выглядит космач в мусорном доспехе от Ларса. К идее натянуть на себя защитное облачение Угр отнесся с энтузиазмом. Ему очень нравилась человеческая одежда, и он давно хотел для себя нечто подобное. Доспех пришелся впору, хотя надевать его было сущим мучением. Снимать, наверное, тоже. Но костюм так приглянулся космачу, что великан, единожды в него облачившись, не собирался с ним расставаться…

Договорившись с провожатым, Яр направился к люду Валику за обещанными веревками. Получив требуемое, тут же побежал на кухню выпрашивать у Лекса пищевые добавки и специи. По пути заглянул в генераторную, выкупил у электрика Томуса два универсальных флекс-аккумулятора, расплатившись уникальным для этих мест контентом, записанном на трех стиках памяти. Томуса интересовали два вопроса: много ли там порно, и где Яр ухитрился все это раздобыть. Второй вопрос Яр оставил без ответа — Херберт слезно просил не рассказывать, на что он тратит драгоценные гигабайты своей памяти.

Вовремя вспомнив о сибере, Яр сделал изрядный крюк и заглянул в деревенскую кузню. Задумчивый кузнец Даня отдыхал на улице, сидя на потрескавшемся чурбаке перед открытой дверью, и крутил в черных руках какую-то металлическую загогулину. Клиента он завидел издалека, достал из-под крыши тряпичный сверток, развернул его, сам на свою работу любуясь. Яр кузнечного мастерства не оценил, бегло осмотрел заказ, проверил пальцем остроту клинков, подергал подпружиненные крепления и хомуты, взвесил на ладони ошипованную голову булавы.

— Все по схеме, — отчитался Даня. — И материал выбирал самый лучший. Берешь?

— Беру…

Заново упакованное оружие оттягивало плечо, да и свитые в бухту веревки вес имели немалый, так что Яру пришлось зайти домой. Лера встретила его напряженной улыбкой.

— Все нормально, — успокоил он ее, скидывая ношу возле порога и выпрямляясь. — Планы не меняются. Перекусить есть что-нибудь?

Лера кивнула, принесла с кухни кусок картофельной запеканки и стакан молока.

— А где Херберт? — поинтересовался Яр.

— В кладовке. Одеяло ищет.

— Много вещей получается?

Лера показала рукой за комод. Яр, подавшись вперед, посмотрел и присвистнул:

— Ну, ничего себе! А я вот еще оружие принес. — Он кивнул на длинный, обвитый веревкой сверток. — Вместе с Ларсом придумывали.

— А может, задержишься еще хоть на пару деньков? — вздохнув, сказала Лера. — Больно нехорошая спешка получается. Не забыть бы чего.

— И так слишком задержался. — Он погладил пальцами красное пятно на шее. — Да и все уже договорено. Нет, планов я менять не буду.

Он развернулся и ушел, сильно хлопнув дверью, не зная, что планы его вот-вот изменятся.

В глухом лесу Фрэнк просто завяз, так что Петру пришлось разворачиваться и огибать непроходимую чащу стороной. Проторенным путем могучая машина двигалась споро, почти как по открытой местности, и Петр позволил себе немного расслабиться. Он признавал, что переоценил собственные силы, но отступать не собирался, как бы тяжело ему ни было.

По колпаку кабины постучали длинной палкой — кто-то из сидящих в кузове хотел сообщить нечто важное. Петр выругался, сердясь на непослушных пассажиров, рискующих собственной жизнью: сто раз было говорено, что во время движения по лесу со дна кузова лучше не подниматься. Нет же — всегда найдется герой, думающий, что успеет увернуться от сучьев. Интересно, кто на этот раз? Гурий? Георг?

Петр остановил машину на заваленной буреломом поляне. Отстегнулся, отпер дверь, сдвинул ее и выглянул наружу.

— Ну, чего там?

Из-за дощатого, усиленного сосновыми брусьями борта высунулся Георг.

— Я знаю эти места, — крикнул он. — Надо чуть вправо принять, на запад до ручья, потом на юг к молодым перелескам, мимо озера, через овраг… Я направление палкой буду показывать, ты поглядывай. Я эти места хорошо знаю, мы здесь бобров ловили. Крюк изрядный получится, но добраться должны быстро…

Три дня назад они сбились с пути и теперь шли почти наугад, держа направление по солнцу, звездам и лесным приметам. Два раза выходили к незнакомым диким поселениям, но перепуганные люды, завидев приближающееся многолапое чудище, прятались и на призывные крики чужаков не откликались.

А в целом поход получился удачным. За лесом обнаружились большие открытые пространства, довольно густо населенные людами. Охотники и раньше добирались до тех мест, но далеко не заходили, поскольку вне леса добывать пропитание не умели. Жители равнин, как выяснилось, занимались исключительно сельским хозяйством, а потому к принесенным чужаками товарам отнеслись с большим, хоть и осторожным интересом. Торговля шла бойко и выгодно, и полезными знаниями аборигены делились охотно, так что перспективы рисовались самые добрые.