Лицо старика потемнело.

— Вот как? А знаешь ли ты, что это может означать?

— Пока не знаю. Но я еще кое о чем хотел сообщить. Мы видели новую разновидность хурбов. Эти твари стали выше и быстрей.

— И у них есть лица, — добавил Яр. — Серые лица, похожие на маски.

— Плохая новость, — еще больше помрачнев, проговорил Айван. — Пожалуй, нам пора прекратить официальную часть и поговорить, как положено старым друзьям. Но прежде одна маленькая формальность. Я должен спросить — желаете ли вы стать частью нашей общины?

— Да, — ответил Яр.

Ларс вздохнул, пошевелил искалеченной ногой и сказал:

— Не помню уже, сколько раз я отвечал тебе «нет», но сегодня я вынужден сказать «да».

Ларс рассказал все: и о банде проволочников, и о гонке на переоборудованном мусоровозе, и о смерти Хама. Он рассказал, как научил Херберта стрелять. Рассказал, как лишился ноги. Рассказал о безумном прорыве к провалу, о световой гранате, ослепившей преследующих хурбов, о выматывающем переходе через пустошь.

Айван слушал, закрыв глаза. Казалось, что старик спит. Когда Ларс закончил говорить, возникла долгая пауза. Яру захотелось слегка пихнуть сгорбленного старика, разбудить его. Но делать этого не пришлось. Айван выпрямился, открыл ясные глаза, в которых и намека на сонливость не было, и подвел итог:

— Значит, теперь ты один из нас.

— Случилось то, чего я всегда боялся, — криво усмехнулся Ларс. — Я их увидел.

— Худа без добра не бывает, — развел руками Айван. — Зато теперь тебе не нужно носить эти кошмарные маски. Да, в нашей общине такой человек, как ты, — ценное приобретение…

Они беседовали уже два часа. В комнате их осталось трое. Яр и Ларс не покидали своих кроватей, Айван не поддался со стула. Тумбочка была заставлена разной снедью, непривычной для Яра и на вид, и на вкус. В больших кружках золотился сладковатый отвар. Из носика необычного сосуда, названного чайником, но на чайник ничем не похожем, ароматно парило.

— Что ты хочешь делать со своим оружием? — спросил Айван.

— Это мой дар общине, — сказал Ларс.

— Богатый дар, мы очень тебе признательны. — Айван поцокал языком, качая головой, будто удивляясь щедрости проводника, но было заметно, что именно такого ответа он и ждал. — Оружие — это единственное, чего нам действительно не хватает. Его так сложно стало доставать… И не только в охоте дело. Люды уважают нас лишь за наши чудесам и оружие. Мы стараемся жить с ними в мире, но трудно угадать, как могут измениться наши отношения… Не стоит забывать и о космачах. Скоро зима, и они снова вернутся.

— Сильно беспокоят?

— Год на год не приходится. Прошлой зимой унесли мальчонку да разграбили основной охотничий лабаз, перебив охрану. А вот три года тому назад совсем плохо было. Две большие семьи поселились неподалеку. Несколько раз приходили, нападали на поселение. Еле-еле мы от них отбились тогда… Еле-еле… — Айван задумался о чем-то, закрыл глаза.

— Ну, теперь-то волноваться не о чем, — сказал Ларс. — Оружия хватит.

— Как знать, — пробормотал Айван. — Как знать…

Яр не очень понимал, о чем толкуют проводник со стариком. Потому и в разговор не лез, хотя кое-какие вопросы были и у него. Он потягивал горячий сладковатый напиток, грыз черствые лепешки и внимательно слушал.

— А что с сибером? — спросил Айван.

— Херберт не вещь, — ответил Ларс. — Я не могу им распоряжаться. Думаю, вы подберете работу и для него, но, прошу, не относитесь к нему как к предмету. Он друг. Сибер-друг.

— О, я еще помню сибер-друзей, — улыбнулся Айван. — Не волнуйся, мы найдем ему подходящее занятие.

— Херберт знал Димитра.

— Что?!

— Да. Я сам удивился, когда услышал об этом.

— Может, это был какой-нибудь другой Димитр?

— Нет. У Херберта есть видео. Димитр поет свою песню.

— «Малышку»?

— Ее самую.

— Невероятно!

— Город тесен.

— Так говорил Димитр.

Постучавшись, в комнату заглянул коротко остриженный человек лет сорока.

— Можно? — спросил он.

— Заходи, — разрешил Айван, повернув голову. — Все готово?

— Воды наносили. Печи топятся. Мясо принес.

— Давай его сюда.

Человек прошел к тумбочке, сдвинул тарелки и мисочки, поставил на угол вытянутую, похожую на лоток посудину и снял с нее крышку.

— О-о! — жмурясь, протянул Ларс. — Ты знаешь мою слабость.

— Помню, помню, — закивал Айван. — С дымком, на ольхе и березе, как ты любишь. Угощайся. И ты Яр, попробуй. Приучай желудок к нашей пище.

Яр попробовал. Волокнистые кусочки были вкусны и действительно напоминали мясо.

Остриженный человек, собрав пустую посуду, тихо ушел.

— Новых бежей приходит все меньше, — пожаловался Айван, с удовольствием наблюдая, как гости руками таскают горячее кушанье. — И проводники к нам редко заглядывают. Теперь вот и ты от дел отошел.

— А кто еще в деле?