Нельзя.

Движения оборотнихи поменялись. Теперь она не тупо металась, а старательно обнюхивала каждый клочок земли, каждую деревяшку. Кто-то посторонний мог бы отметить, как изменилось выражение глаз – вместо постоянной жажды крови, сейчас заглушенной страхом, они отобразили непривычную сосредоточенность, отблески разума…

Здесь.

Оборотниха начала скрести землю. Сначала неуверенно, постоянно оглядываясь, потом все быстрее. Когти, непривычные к такой работе, нещадно болели, на пальцах появилась кровь. Ничего. Все потом…

Она копала путь.

Вьюга продолжалась целый день, а потом и всю ночь. Лишь на рассвете снег утих, и товарищи рискнули высунуться на улицу. Выходить пришлось через чердачное окошко – весь нижний этаж замело.

– Ненавижу зиму! – ругнулся Норид, стуча зубами от холода. Неутоптанный снег не держал его, и полукровка сразу же утоп в нем по пояс. – Мерзкий снег, дурацкая вьюга… ну что ей начаться через несколько часов? Ну чего она не началась как на юге, на западе, севере, востоке – где угодно, но не здесь? Почему она вечно начинается так внезапно?

– Ты к кому обращаешься? – хмуро спросил Вариан, высовываясь из окна. Веревка обледенела, так что эльф решил не связываться с ней и просто прыгнул вниз. На этот раз снег сослужил добрую службу, не дав ему разбиться, но погрузился Вариан еще глубже, чем его приятель. Лишь с огромным трудом ему удалось расчистить крохотный пятачок. Рядом пыхтел Норид, вытаптывая себе тропинку. По-хорошему, нужно было выйти в город и пригласить сюда пару-тройку троллей-работников, чтобы притоптали снег, а то и отчистили от него весь двор, но наемники решили не рисковать. Леший знает, что с тварью стало. Может, еще жива, а так можно и на виселицу попасть. Так что действовать решили по-другому – более кропотливым и сложным, но таким же действенным, а главное – скрытным, - методом. То есть – вновь вспомнить все, что они знали о магии.

– Так, где начинаем? – полукровка огляделся и, облюбовав центр двора, решительно двинулся к нему. Наемник ругался сквозь зубы, с каждым шагом утопая в белом покрывале, но все-таки ломился вперед и даже расчищал и утаптывал дорожку. В результате три сажени он преодолевал несколько минут, а, когда остановился, вытер выступивший пот. – Ох, не легкая это работа, а? Вариан, ты мне потом поможешь?

– Да. Деньгами, троллей пригласишь, - процедил эльф, преодолевая последнюю сажень. В отличие от товарища, эльф устроился у забора, намереваясь заодно расчистить и дорожку от дома. – Ну, готов?

– Да!

Товарищи одновременно начертили на снегу вокруг себя правильные круги, морщась от холода – колдовать следовало без перчаток, и мороз мстительно пощипывал кожу. Потом Вариан начал читать короткое заклинание, подсмотренное у одного мага. Норид поддержал его:

– Akieedr bihж atfeah cghцkaaarц!

Вариан всегда подозревал, что магами становятся так редко из-за отсутствия вовсе не таланта, а терпения и риторических умений. Потому что выговорить даже это, одно из самых коротких и простых, было почти невозможно. Во всяком случае, они с Норидом трудились над ним почти все время вынужденного безделья, поминая последними словами всех магов и их предшественников, которые использовали этот непонятный, сложнейший язык. Лишь после двухсотой попытки Норид перестал запинаться, а Вариан, который знал текст и раньше – терпеливо повторять каждую букву.

Но результат последовал незамедлительно. Вокруг каждого из наемников вспыхнуло огненное кольцо, которые начали медленно расширяться, охватывая все больше и больше пространства. Пламя горело само по себе, обжигая и растапливая лишь снег. Кольцо Вариана было сильное, широкое, у Норида – послабее. Когда через несколько минут кольца встретились и потухли, двор был уже почти полностью очищен. Во всяком случае, слой снега по колено наемники не считали за серьезное препятствие – после того, что было, такой слой казался незначительным препятствием. Сугробы сохранились лишь по краям двора, у забора, где заклинание полукровки их не достало.

– Помоги-ка! – Вариан быстро сходил за лопатами, одну оставил себе, другую бросил товарищу и стал поспешно расчищать от снега небольшой участок двора. Норид удивленно посмотрел на него.

– С чего такая спешка-то? Никуда она не денется…

Эльф обернулся и бесцеремонно постучал товарищу по лбу, другой рукой указывая себе под ноги:

– Мы снег расплавили, понимаешь? А сейчас гляди какой мороз – если не поспешить, то через полчаса тут будет такая корка наста, которая и тролля выдержит! Нам-то удобнее гораздо будет, вот только до земли тоже не прокопаешься… Давай работай, землекоп! Хотя нет, лучше иди около двери расчищай. Там ведь тоже лед будет…

– А повторить заклинание? – с тоской спросил Норид, глядя на орудие труда, которое, видимо, попало к ним из музея всевозможного старья – полукровка видел такой в столице.

– Можно-то можно, да только не нужно, не выдержать можем. Заклинания ведь тоже Силу используют… ни один маг не может бесконечно махать жезлом и прочей парадной требухой. Рано или поздно свалится. Как ни странно, первыми устают старики-маги, хотя они самые опытные. Не знаю точно, с чем там связано, но, кажется, организм мага уже не может так активно вырабатывать магическую силу, а после ее полного исчерпания сразу сознание теряют. Она ведь в крови, а у стариков она дурная, застоявшаяся… Вот и получается, что они больше по домам рассиживаются и новые заклинания изобретают. У дилетантов просто магии мало, так что они со стариками на равных. Кстати, это, которое мы использовали, очень много Силы забирает.