Шрифт:
– Слушай, Норид, мне двести пять. Я знаю, что такой возраст кое-чему учит, - вежливо сказал эльф, желая перейти поскорее к делу.
Норид намек понял.
– Ну, так получилось, что к нам в Пустоземье он добраться так уж быстро не сможет. А сейчас зима началась, так вообще… Короче, Миралида будет дожидаться своего хозяина еще пару-тройку недель. Дед присылал вестника, где все и объяснил. А, вот еще! – наемник достал из кармана горстку золота. – Вот. Расходы за содержание оплачены.
– Чего ж ты раньше-то не сказал?! – поразился Вариан. – А?! Времени мало было?
– Не, нормально. Но должен я все-таки взять свою долю? – невинно осведомился полукровка, но, тем не менее, отдал приятелю все золотые. – Ладно, пока… Мне еще тролля нанимать, чтобы двор расчистил!
Спустя четыре недели Вариан проснулся от предельно вежливого стука в дверь, если, конечно, пинки ногами могут звучать вежливо, особенно так рано. В три часа ночи эльф не ждал никаких посетителей…
– Ну?! – прорычал он, отворяя дверь и оглядывая нежданных гостей. Одним из них оказался ехидно ухмыляющийся Норид, который явно радовался возможности досадить товарищу, а другим… эльф, но гораздо старше Вариана. Кожу у глаз покрывала сеточка морщин – почти невероятно для остроухого племени, - волосы были белее снега, а изумрудные глаза смотрели необычайно прямо. Кроме этой прямоты, наемник успел разглядеть интерес и огонь познавания…
– Доброй ночи, Вариан! – весело сказал Норид, глядя на хмурое лицо товарища. – Позволь представить тебе моего деда, Имирита Цитадельского. Он приехал в Пустоземье всего полчаса назад и сразу же помчался сюда… Ты впусти нас, а то совсем в статуи превратимся! Ледяная статуя в форме великого ученого – каково?
– Доброй ночи, - кивнул Вариан и посторонился, пропуская гостей. – Рад познакомиться. Вариан, бывший наемник.
– Взаимно, - чуть улыбнулся Имирит, протягивая руку. Вариан, чуть помедлив, ответил рукопожатием. – Наслышан о ваших подвигах… пожалуй, величайшим из них является то, что вы терпите моего внука. Ну и это, пожалуй… Извините за неожиданный визит, но мне чрезвычайно хотелось взглянуть на оборотниху… вы простите мне это?
– Разумеется. – Вариан коротко поклонился и повел гостя к самой дальней комнатке дома. Он неплохо разбирался в людях и нелюдях и понял, что старый эльф принадлежит к вечным ученым, способным за работой забывать обо всем. Имирит начал ему нравиться. – Вот. По причине зимы я оставил ее здесь… надеюсь, у вас найдется достаточно крепкая клетка? Не хотелось бы, чтобы такой великий ученый погиб по причине непрочной деревяшки.
– Все мы когда-нибудь умрем, - заметил ученый. – Но клетка найдется, не сомневайтесь… О боги, какая красавица!
На взгляд Вариана, красивого в оборотнихе было мало. Шерсть да, гладкая, серебристая, очень густая. Но вот остальное… Назвать жуткую харю нежити красивой эльф не мог ни при каком желании. Впрочем, у всех свои взгляды.
– Великолепный экземпляр! – продолжал восхищаться Имирит, глядя на сердито зарычавшую Миру, которая сидела в специально огороженном закутке. Ошейник Ошейником, а простому серебру Вариан доверял куда больше, чем магии. – То, что нужно. Да, вы заслужили свои пятьдесят златов. Простите, сейчас у меня такой суммы нет… но если вы поедете со мной, я расплачусь с вами по-честному.
– А попроще, понеприкрытей нельзя? – Вариан даже ночью соображал хорошо. – Нет… это уже не пятьдесят золотых получится, а все шестьдесят!
– Это за что? – возмутился исследователь.
– За охрану оборотнихи. Это раз. – Эльф начал демонстративно загибать пальцы. – За уход за ней – ведь меня она знает хоть как-то, а вас видит в первый раз. Два. За охрану вашей жизни, вашего каравана или где вы там едете. Три…
– Все-все! – замахал руками Имирит, не отрывая взгляда от оборотнихи. – Да уж… Вы старый волк, вас так не проведешь. Пятьдесят один.
– Шестьдесят, - продолжал стоять на своем Вариан.
– Пятьдесят два.
– Ну… ладно, один-единственный раз снижу цену. Пятьдесят девять.
– Пятьдесят два.
– Пятьдесят девять.
Спор продолжался более четверти часа, в течение которого Имирит продолжал осматривать добычу, а Вариан – поигрывать небольшим кинжалом, с которым не расставался ни на минуту все эти недели. Норид с интересом вслушивался в спор, нагло почесывая Миру за ухом – Ошейник контролировал оборотниху, не давая ей возмутиться. Вариан не сомневался, что, не будь на шее твари этого артефакта, полукровка лишился бы руки. Но в результате они все-таки сошлись на нейтральной сумме в сто двадцать пять златов. Хозяин дома гостеприимно предложил посетителям переночевать, на что дед с внуком ответили единодушным согласием – на улице вновь разыгралась метель. Но Имирит предварительно попросил "прояснить ему парочку вопросов"…
– Ну? – Вариан изогнул бровь.
– Для начала… Вы не замечали в ее поведении ничего… необычного? – ученый явно осторожничал и тщательно подбирал слова.
– Ну… - бывший (а сейчас и действующий) наемник задумался. Необычное… Под это определение подходило почти все – даже само противоестественное существование оборотнихи. Но старик явно спрашивал о чем-то другом. – Да нет, ничего особенного. Кусается. Рычит. Дикий зверь, не более того.
– А вы следили за ней днем?
– Ну да… но она днем обычно спит. Я ее не бужу, так хлопот меньше. Днем… почти так же… только… - Вариан, внезапно пораженный догадкой, посмотрел Имириту в глаза. – Вы про то, что днем она более разумная?