Он оказался среди тех самых невысоких темно-желтых домов, на узкой и пустой улице, в неизменном виде перенесенной сюда из девятнадцатого века. Только множество стоящих у тротуаров автомобилей нарушали органику этого гоголевского пространства.

Сзади вдруг прогудел автомобильный сигнал. Артур оглянулся, никого не увидел и продолжил идти вперед. Маленькая красная машинка, пятясь, вывернулась из-за других и медленно подкатилась к нему.

"Это же Регина! Ее "Форд".

— Эй, Капитан, куда вы убегаете? — Открыв правую дверь, она смотрела снизу вверх. — Давай садись.

Артур полез в душистый сумрак и едва не сел на букет роз.

— Кто-то цветки подарил? — пробормотал он.

— Да убери их с сиденья! Положи вон назад. Это Титулярный Советник меня у театра застал. Ты знаешь, что он предложил? Делать мне массаж перед выступлениями! Говорит, что бесплатно… И еще сказал, что специально окончил для этого массажные курсы. Я прямо смеялась вся.

Регина как будто ждала, что он засмеется. Не дождавшись, захохотала сама. Оказалось, что она по-артистически раскована — бывает веселой и даже любит подурачиться, хотя иногда становится высокомерно самолюбивой.

Вяло улыбнувшись и запоздало поздоровавшись, Артур полез в карман за пакетом с находками из камина.

— Знаешь, что это такое? Улики. Доказательства. Не знаю, правда, чего… Невероятно, но факт — нашел у Великолуцкого в камине гильзу из того самого нагана, кусок бороды Квазимодо… Просто чудом я не свалился со стены, все это добывая…

— Ах, не будьте таким занудным, Капитан! Ты просто, как моя маман, — Регина даже не взглянула на пакет. — Зачем мне какая-то борода, дрянь всякая! Лучше скажи, пистолет нашел?

— Нет, я же еще ночью тебе об этом говорил…

Регина как-то странно, с непонятным удивлением посмотрела на него, но ничего не сказала.

— Слухи оказались неверными, — продолжил Артур. — Врут в театре — нет сейфа за картиной. В кабинете портрет висел, Дягилева, я его щупал — нет за ним ничего… А что за опасность Кузьмичу грозит — та, про которую ты ночью сообщила?

— Не помню, чтобы когда-то об этом сообщала, — с удивлением отозвалась Регина. — Опять ты про какой-то ночной разговор…

Выслушав рассказ Артура о звонке в кабинете худрука, она долго ничего не говорила. Молчала, положив руки на руль своего автомобиля, о чем-то задумавшись. Они оба молчали.

— У нас в театре есть такие, кто умеет подделывать голоса, — сказала, наконец. — Немало таких талантов. Актеры, все-таки… Значит, ничего у нас не получилось, — добавила, не сумев скрыть мгновенной досады и как будто бы обиды. Это, несмотря на свой артистический профессионализм. Или не захотела скрывать.

Артур ощутил непонятную вину.

"Как будто я виноват, что Великолуцкий не разбрасывает ворованные наганы, где попало!"

— Конечно, это не Кузьмич бегал и по канату лез, — задумчиво произнесла Регина.

— С привязанной бородой и тряпичным горбом, — поддержал ее Артур. — И по стене не он ползал. Ясно, какого-то шабашника себе нанял.

— Придется этого мутанта искать. Квазимодо, — медленно и негромко, почти про себя произнесла Регина. — Найти и разоблачить. Будем опираться на мою женскую интуицию.

— И на твоего верного капитана Гастингса, — добавил Артур.

День все никак не заканчивался. Солнце сегодня сияло ярко и не собиралось исчезать. Артур смотрел в окно, ни о чем не думая. Только сама собой постепенно возникала мысль, что во дворе нет Герыча. Нет, и никогда уже не будет.

Через их проходной двор шли прохожие. Девушки и женщины помоложе, некоторые уже немного загорелые — обязательно с мобильными телефонами, разговаривая на ходу. Примета близкого лета. Уже рифма. Может, сейчас придет стихотворение?

Взгляд через пыльное стекло. Внезапно пришла мысль — ведь это пыльное окно — не судьба, не рок. Его можно просто вымыть. Появилась возможность.

В открытое окно хлынула прохлада. В своей каморке Артур слышал крики строителей, гулкий, совсем железнодорожный стук и скрип массивных ящиков, которые волокли по мраморному полу. За стеной будто двигались и сталкивались железнодорожные вагоны, как на сортировочной станции. К будущим соседям уже привезли мебель.

Артур тер стекла мокрым комком из газет, поливал его водой из чайника. Окно теперь было единственным — работы предстояло немного.

Во дворе остановился блистающий черный автомобиль, какая-то незнакомая иномарка. Из него выбралась молодая женщина, одетая причудливо и неожиданно. Совсем легко даже для этого теплого мая.