Шрифт:
– Он насвистывает, - сказала я.
К сожалению, я не слышала, что именно насвистывал Фарли Роллер. Я увидела столешницу.
– Вижу столешницу, а на ней - приемник, - продолжала я.
– Наверное, насвистывает под музыку.
Это был один из тех случаев, когда я видела не только сам момент смерти.
– Он всегда так делал, когда лежал в ванне, - выдохнула Женева.
– Он так делал, Пэтси!
У адвоката теперь был менее скептический вид.
– А вот и кот, - сказала я.
– На столешнице. Мраморной масти.
– Мягколап, - улыбнулась Женева.
Адвокат не улыбалась.
– Кот прыгнул в открытое окно.
– Окно было открыто, - подтвердила Женева.
Она больше не улыбалась.
– Кот задел приемник, и тот упал в воду, - сказала я.
Кот прыгнул из окна во двор, и бедному мистеру Роллеру пришел конец. Ванна была старинной, цвета авокадо.
– У вас зеленая ванна, - удивленно покачала я головой.
– Я права?
Пэтси смотрела на меня, раскрыв рот.
– Вы настоящая ясновидящая, - произнесла она.
– Теперь я вам верю. Их ванна цвета авокадо.
Я встала, отряхнула с колен пыль, не удостоив взглядом Пэтси Болтон.
– Мне очень жаль, миссис Роллер, но вашего мужа убил кот.
Я считала, что это хорошая новость.
– НЕТ!
– завопила Женева Роллер.
Даже адвокат изумилась.
– Женева, это разумное объяснение, - сказала Пэтси Болтон, но Женеву уже понесло.
– Его убила первая жена, Анжела. Это она. Я знаю! Она вошла в дом, пока я была в магазине, и убила его. Это сделала Анжела, а не мой маленький Мягколап.
Я и раньше сталкивалась с недоверием, хотя чаще всего тогда, когда выяснялось, что смерть наступила в результате самоубийства. Не впервые я столкнулась с тем, как человек цепляется за собственную теорию. Я чуть не сказала Женеве Роллер, что она просто не может смириться с правдой.
– Я заберу свой чек обратно, я вам ни цента не заплачу!
– прошипела Женева.
Слава богу, что я послала Толливера в банк.
Я посмотрела через плечо Женевы и увидела, что наш автомобиль въезжает на территорию кладбища. Облегчение придало мне смелости.
– Миссис Роллер, кот не виноват в вашей трагедии. Он сделал это неумышленно. Так что и винить некого.
Она кинулась на меня, но адвокат схватила ее за плечи.
– Женева, вспомни, кто ты, - сказала Пэтси Болтон. Ее щеки покраснели, каштановые с проседью волосы спутал ветер.
– Не позорь себя.
Толливер подоспел вовремя. Пытаясь двигаться не спеша, я села в машину.
– Мне очень жаль, миссис Роллер.
Мы сорвались с места, а Женева что-то вопила нам вслед.
– Получил деньги?
– Угу. Правильно сделал?
– Да, она не хотела признать, что смерть наступила в результате несчастного случая. Думаю, надеялась попасть в «Сеть художественных и развлекательных программ» - «Убийство в Эшдоне» или что-нибудь в том же духе.
– Я заговорила глубоким голосом: - «Вдова, однако, с самого начала подозревала, что смерть Фарли Роллера была не тем, чем казалась с первого взгляда», - что-нибудь вроде того. А вместо этого оказалось, что винить во всем нужно только глупого кота. Сплошное разочарование.
– Гораздо интереснее быть женой жертвы преступления, чем владелицей кота-убийцы, - заметил Толливер, но я поневоле в этом усомнилась.
Глава четвертая
Поскольку из мотеля в Эшдауне мы уже выписались, то сразу поехали в Сарн. Толливер остановился возле офиса шерифа, и несколько минут спустя мы уже сидели у его стола. Шериф вошел в комнату, снял шляпу и бросил ее на журнальный столик.
– Слышал, вчера вы навещали Хелен Хопкинс, - сказал Харви Брэнском. Пригнулся и включил коммуникатор.
– Реба, пришли сюда Холлиса.
Спустя минуту появился Холлис Бокслейтнер с чашкой дымящегося кофе. Я почувствовала аромат, но не осмелилась ни попросить, чтобы кофе принесли и мне, ни посмотреть в лицо Холлису. Толливер рядом со мной напрягся.
– Мистер Лэнг, я хочу, чтобы вы отправились с Бокслейтнером. Мне нужно поговорить с мисс Коннелли.
Я повернулась к Толливеру, стараясь не показать своего беспокойства. Он понял, что я не хочу, чтобы он вмешивался. Свои страхи я стараюсь держать при себе. Толливер многозначительно на меня посмотрел, и я слегка успокоилась. Потом брат молча встал и вышел из кабинета вместе с Холлисом.