Я встала, чтобы Толливер сразу меня увидел. Он серьезно на меня посмотрел, и я снова села на деревянный откидной стул.

–  Он неплохо выглядит, - сообщила я адвокату, пытаясь себя подбодрить.
– Как вы считаете?

–  Да, - согласилась она.
– Хотя оранжевый цвет ему не к лицу.

–  Верно, - сказала я.
– Это верно.

–  Скажите, пожалуйста, мне просто любопытно, - обратилась ко мне Филлис, пока все рассаживались, - вы не родственница Камерон Коннелли, которую несколько лет назад похитили в Техасе? Я спрашиваю потому, что Арт упомянул - вы выросли в Техасе, и у вас и у пропавшей девочки необычные имена. Это скорее фамилии, а не имена.

–  Да, - рассеянно откликнулась я, не слишком вникая.
– Меня назвали по фамилии бабушки со стороны отца, а Камерон - по фамилии бабушки со стороны матери. Камерон была моей сестрой.

–  Вы употребили прошедшее время. Ее так и не нашли? В газетах перестали об этом писать…

–  Нет, не нашли. Но когда-нибудь я найду ее тело.

–  А… Хорошо.

Я заметила странный тон адвоката.

–  Знаете, - пояснила я, - если людей так долго не находят, это значит, что они мертвы.

–  А как же та девочка из Юты, Элизабет Смарт?

–  Да, была такая девочка. Она оказалась жива. Однако в большинстве случаев, когда люди пропадают больше чем на два дня и за них не требуют выкупа, они мертвы. Либо ушли по доброй воле. Я знаю, что Камерон не собиралась убегать. Значит, она мертва.

–  У вас нет никакой надежды?
– недоверчиво спросила Филлис.

–  Я не тешу себя несбыточными надеждами.

Я хорошо знала свое дело.

Судебный исполнитель объявил о приходе судьи, и все встали. Место на возвышении занял человек с проседью - не в судейской мантии, а в костюме. Я не удивилась, узнав в нем того мужчину, который недавно разговаривал с Филлис. Городской прокурор (по крайней мере, мне думалось, что это именно прокурор) уже сидел напротив судьи, нагромоздив перед собой высокую стопку дел. Заседание началось.

Я бывала в судах и раньше, по разным поводам, поэтому меня не удивило, что все выглядело не так, как в старых фильмах с Перри Мейсоном или в более позднем сериале «Судья Джуди». Люди входили и выходили. Арестантов приводили и уводили. В промежутках между слушаниями присутствующие тихо переговаривались. Обстановка была самая будничная, никаких драматических моментов.

Когда объявляли очередное имя, люди поднимались на возвышение и садились напротив судьи. Судья читал выдвинутое обвинение, спрашивал у истца, может ли тот что-либо добавить, и после обсуждения выносил решение.

–  Это больше похоже на дорожный суд [23] , верно?
– прошептала я Филлис.
– Как-то все несерьезно.

Она в это время внимательно, оценивающе слушала судью.

–  Выдвинутые против вашего брата обвинения - чушь собачья, - так же тихо ответила она.
– Его хотят осудить за разбитый фонарь. Невероятно!

Прошел час, прежде чем очередь дошла до Толливера. Брат выглядел усталым. Каждый раз, взглядывая на меня, он силился улыбнуться. У него это неважно получалось.

Наконец судебный обвинитель объявил:

–  Толливер Лэнг.

На Толливере, слава богу, не было наручников. Он поднялся на возвышение в сопровождении тюремного охранника.

–  Мистер Лэнг, судя по документам, против вас в прошлом году выдвинули обвинение в Монтане, а здесь у вас была проблема с задним габаритным фонарем.

Похоже, ответа от Толливера не требовалось. Узкое лицо судьи было хмурым.

–  Как зовут офицера, который задержал вас за фонарь? Бледсо? Он здесь?

–  Нет, ваша честь, - ответил секретарь.
– Сегодня у него дежурство.

–  Прелестно. Теперь он говорит, что ошибся насчет Монтаны?

–  Да, ваша честь, - сказал прокурор.
– Он просит извинения за ошибку.

–  Это очень серьезная ошибка.
– Судья, нахмурившись, посмотрел в бумаги.
– И очень странная. А как насчет фонаря?

–  Он настаивает насчет фонаря, ваша честь, - с бесстрастным лицом ответил прокурор.

–  Как долго этого человека держали в тюрьме?

–  Две ночи.

–  Две ночи в тюрьме за разбитый фонарь?

–  Мм… Да, сэр.

–  Вы не сопротивлялись при аресте?

Впервые судья обратился к Толливеру. Брат выпрямился.

–  Нет, сэр, - ответил Толливер.

–  Вас арестовывали в Монтане?

–  Да, сэр, но обвинения были сняты.

–  Дело перешло в государственный архив.

–  Да, сэр. И это было больше года тому назад.

–  Мистер Лэнг, вы хотите выдвинуть обвинение против офицера Бледсо?

–  Нет, сэр, я просто хочу выйти из тюрьмы.

–  Я могу это понять. Вы будете отпущены без залога, как только уплатите штраф за фонарь. Полагаю, вы не будете возражать против штрафа?