Торговец, любивший за чашей хорошего вина добродушно пошутить: «чтобы у тебя было столько золотых диргем, сколько царей мне должны», мгновенно, с молодым проворством упал на колени, ткнулся в пол, вскочил, сделал пару шагов к трону, настолько быстрых, что Тень едва не отпрянул назад, когда полуперс снова грохнулся в поклоне.

– Я вижу, ты вхож ко дворам владык, – благосклонно заметил Тень, едва разжимая губы.

– Господин советник прав, – осторожно подтвердил Фасих, – и высокочтимый Даний меня часто принимал… только в другом зале… там, – он неопределенно махнул пухлой ладошкой, потихоньку отходя от первого испуга. Невооруженным глазом было видно, что у него «изо рта торчат вопросы»: где, собственно, сам «высокочтимый» и почему пришлый советник согревает своей пришлой задницей узорные подушки трона, специально заказанного аж в Анатолии. Но старик был слишком осторожен, чтобы их задать. Или просто знал ответ.

– Скажи, э… Фасих, тебе нравится новый порядок? Не находишь ли ты, что вашему городу пошла на пользу крепкая рука?

Фасих с готовностью кивнул. Чего бы не кивнуть, шея не переломится.

– Это правда, господин советник. Торговля, конечно, несколько пострадала. Но порядка стало гораздо больше. Гораздо больше! – Фасих обежал взглядом шеренгу плечистых ритуловых воинов и прикрыл глаза плотными веками. То ли «ослеплен вашей мощью и доблестью», то ли «глаза бы мои на вас не глядели».

– Так значит, ты, э-э, Фасих, поддерживаешь новый порядок?

– В день, когда оседлали небес скакуна, когда дали созвездиям их имена, когда все наши судьбы вписали в скрижали, мы покорными стали… Не наша вина, – произнес старик медленно, нараспев, приложив руку к сердцу. А, закончив, склонил голову. То ли перед Тенью, то ли перед всемогущим Фатумом. А может, для того, чтобы скрыть выражение лица.

Тень напрягся.

– Значит, поддерживаешь, – с нажимом сказал он. – И ты согласен, почтенный Фасих, что поддержание порядка требует средств?

– О да, бесспорно, господин советник, – серьезно покивал Фасих. Он, услыхав о деньгах, напротив, немедленно расслабился, чуть не клюнув носом в ковер. – Поддержание ТАКОГО порядка требует огромных средств. Тут господин советник ничуть не ошибся.

– На то я и советник, чтобы не ошибаться, – буркнул Тень, – я рад, старик, что мы понимаем друг друга. Это понимание может здорово облегчить жизнь нам обоим.

– Господин советник позволит узнать, насколько облегчить? – мягко спросил Фасих.

Тень на мгновение потерялся. Он, конечно, говорил о понимании, но не ожидал, что им с этим стариком уже даже слов не нужно.

– Ты согласился со мной, что для поддержания порядка нужны деньги, так? – дождавшись кивка, Тень продолжил: – Казна Акры… не совсем покрыла наши расходы.

– Как могло произойти такое чудо? – удивился Фасих. – Неужели Дания ограбили?

Молодой воин, стоявший у дверей, невольно фыркнул. Остальные сдержались.

На щеках Тени обозначились белые круги.

– Я бы поостерегся так шутить, старик. Ведь это твои соплеменники виноваты в том, что казна Акры опустела. Это они сбежали из города, как худой раб от строгого господина.

– Осел идет за морковкой, а евер за золотыми диргемами, – ответил Фасих. Разговор его, похоже, забавлял.

– Я тоже умею шутить. И несколько десятков ваших воров, которых вы почему-то называете «вольными торговцами» убедились в этом на собственной шкуре. И если мне снова захочется посмеяться, я велю заточить еще пару десятков кольев.

– А разве эта работа прекращалась?

Тень отпрянул в кресле, позабыв о сандалиях. Он был зол.

– Ну, хватит! Я вижу, хорошего обращения вы не понимаете… – Он наклонился вперед и с нажимом проговорил, глядя в лицо торговца: – Я могу щелкнуть пальцами, и ты окажешься в темнице. Прямо сейчас. И там ты, конечно, найдешь более приятных собеседников, чем Тень Орла.

– Но можно и не щелкать? – понятливо спросил старик.

– Если ты такой сообразительный, зачем задаешь глупые вопросы?

– Вопрос был не глупым. Он был очень простым. Возможно, слишком простым для мудрейшего советника, – Фасих вздохнул. – Я всего лишь имел в виду, на сколько старый Фасих может облегчить жизнь вам и себе? На какую сумму. А также на какое время и под какие проценты.

Едва старика увели к выходу, Тень слез с трона, ругаясь сквозь зубы, и рванул с себя золототканое облачение. Ничего не получилось. Застежки были на плечах, у самой шеи, а ткань почти не гнулась.

Йонард по собственному желанию подошел и двумя движениями ножа облегчил муки Тени. «Доспехи» поползли вниз, но застряли на уровне пояса, стреножив советника, как жеребца. Впрочем, с этим он справился сам, с подачи Йонарда докромсав кожаные шнурки.