— Неудивительно, что они отзываются на каждый магический призыв, при такой-то перенаселенности, — выдал неожиданно здравую мысль черноклокий. — Уж лучше служить магам, чем сидеть на головах друг у друга в этих тесных маленьких пещерках. Лучше бы спасибо сказали, а не в драку лезли.

— За что благодарить-то? — мрачно осведомился чертенок. — За то, что вы, маги, используете нас как объекты своих магических экспериментов? Или за то, что гоняете в хвост и в гриву? За то, что мы для вас всего лишь не имеющий ценности расходный материал?

— Хватит спорить, — прервал их диалог Тиллирет, внутри отчасти признавая правоту чертенка. — Показывай дорогу к Алмазу.

И тот начал показывать. В результате мы дважды чуть не свалились в пропасть, один раз чудом избежали огненного выброса и трижды возвращались к одной и той же примечательной скале в форме шара на ножке. Поэтому, когда он выдал очередной вариант, предложив нам "идти вон к тем холмам", я вызвался проверить, стоит ли туда идти.

Бес неровными скачками унесся по направлению к скалам, чтобы вскоре вернуться с новостями.

— Там еще одно селение его родственников, даже больше предыдущего. Не знаю, как вы, а у меня нет сил на очередное эпическое сражение.

— Ах ты, гад! — Пинмарин ухватил черта за шкирку и поднял вверх. — Решил нас в ловушку заманить? Кругами водишь, чтобы мы до алмаза не добрались? Да я тебя сейчас поджарю, если ты немедленно не укажешь правильную дорогу!

На всякий случай Тиллирет с чупакаброй отошли подальше.

— Да не могу я! — заныло дитя преисподней. — Не могу привести вас туда, ведь он у Верховного в…

— Где "в"? Ну где "в"? В заднице, что ли, Алмаз у Верховного вашего? — затряс чертенка за грудки разозленный Пин.

— Не смей так оскорбительно отзываться о драгоценной заднице Верховного! — запищал тот в ответ. Головешка на тоненькой шее болталась так, что рисковала оторваться совсем.

— Если она драгоценная, значит, точно, алмаз там, — пришел к выводу Пинмарин. — Ничего, и оттуда достанем. А вот если ты сейчас же не скажешь, куда идти на самом деле, тебе уже никто не поможет.

Маг бросил черта на землю и создал на ладонях неприятный фиолетовый клубок. От клубка отделились тоненькие ниточки и потянулись к чертенку. Тот громко сглотнул.

— Хорошо, хорошо, — зарыдал он, когда одна из ниточек почти дотронулась до темного, влажно поблескивающего пятачка. — Вам туда.

Тощая лапка указала на горизонт.

И как они тут живут, невольно пожалел я чертенка по прошествии полутора суток. Все кругом одинаково мрачное, жарко, воняет, опять же! Впрочем, жалость как-то быстро прошла, когда я налетел лысым участком кожи на острый выступ. От боли я даже зубами заскрежетал. Ух, сейчас кого-нибудь укушу!

Мы по-прежнему брели по преисподней, голодные, злые, уставшие и вонючие. Последнее частично объяснялось местной жарой и духотой, а частично очередными происками нашего маленького, но гадливого проводника, заведшего нас в серное озеро. Теперь мы все наполовину были покрыты засохшим слоем серы, отчего пахли не хуже того монстра из храма. А когда я попытался вылизаться, у меня глаза на лоб полезли, и я быстро прекратил попытки привести себя в порядок.

Вот так мы и шествовали: впереди чертенок на магическом поводке Пинмарина — когда я его увидел, возблагодарил всю родню до основателя, что попал в лапы белошерстого, а не этого маньяка с особой склонностью к садизму — далее топал сам черноклокий, за ним хозяин и последним ваш покорный слуга. На меня была возложена почетная миссия защищать тылы в случае чего. В каком именно "случае" и чего именно "чего", никто не соизволил мне пояснить.

За спиной остались сотни метров тропинок, десятки угрожавших свалиться нам на голову скал, гулкое пламя вырывающихся из-под земли огней и парочка тупоголовых местных жителей, от которых мы сумели убежать раньше, чем те поняли, что происходит. Теперь мы шли по относительно спокойной местности, если не обращать внимания на странное потрескивание почвы после каждого шага.

— Уф-ф-ф! Давайте сделаем привал, — заявил чертенок, вытирая отсутствующий пот с плоского лба.

— Чего? — возмутился я. Странное место жгло мне лапы. — Прямо здесь?

— А чем тебе тут не нравится? — удивился черт.

— Ладно, привал полчаса, — решил белошерстый. Усталость последних дней сказывалась все сильнее.

Мы кое-как примостились на жесткой почве. Вот же страна — ни травинки, ни деревца, ни оленей…

— Есть хочется! — жалобно пробормотал черноклокий под громкий аккомпанемент своего желудка. Наши желудки не замедлили отозваться согласием.

Это была наша главная проблема. Друидки вернули нам только вещи, а вот о еде не позаботились. А здесь питаться нечем, разве что чертей есть. Но Тилли попросил меня не рисковать понапрасну здоровьем.