– Так вы говорили, что вообще не знаете ни где он, ни что с ним!

– Я врал, – легко признался Кощей.

– Вы! После всего! Вы же говорили, что никогда мне не врали!

– Брось, – поморщился Кощей. – Я тебе только в этом и врал.

– Уже поверила!

– Говорю же. Белобог – дело семейное.

– Тогда ладно. – Подумав, Женька приняла довод Кощея, хотя и с некоторой обидой. – Я вас у себя подожду.

– Сиди уже, – взмахом руки Кощей вернул Женьку на место. – Глядишь, на пользу тебе пойдет.

– Разборки между братьями? – вскинула брови Женька. Этот жест она стянула у Кощея и теперь пыталась проверить, как он действует. Получилось плохо. По крайней мере, Кощей никак не отреагировал, даже внимания не обратил.

– Сиди тихо и не хами, – мрачно проинструктировал он. – Хоть поймешь, с кем связалась, домой запросишься.

– Знаете, у вас, похоже, просто депрессуха началась, – решила Женька. – Вид такой, словно вы все еще на дне Темзы. И вы без меня пропадете. Кстати! – встрепенулась она. – Кто из вас старший? Просто у меня есть брат двоюродный, так он…

– Никто не старше, – отмахнулся Кощей. – Мы родились как единое целое и были разделены волей отца не третью секунду от рождения. И я боюсь.

Он прихлопнул ладонью по столу, тяжело встал и прошел к двери. Женька смотрела, разинув рот. Мало того, что вечно самоуверенный злодей выглядел подавленным, так он еще и боялся.

– Он постарается вас убить? – шепнула Женька.

– Кто? – от порога повернулся Кощей. – Белобог? С ума сошла?

Он усмехнулся и на миг стал похож на себя прежнего.

– Чего ж тогда бояться? – изумилась Женька.

– Прежнего величия, – кратко ответил Кощей. – Я могу сорваться, и это не принесет ничего хорошего ни ему, ни, в первую очередь, мне.

Он открыл дверь, и в комнату неслышно проскользнул Артур.

– Смею заметить, – поставив на стол поднос, слуга поклонился, – в гостиной было бы удобней.

– Как всегда Артур, как всегда, – отозвался Кощей.

Прикрыв за слугой дверь, он жестом велел Женьке сесть на диван, затем передвинул оба кресла «лицом» к дивану, поставил перед ними кофейный столик и сел, закинув ногу на ногу.

– Так нормально? – он, делано улыбаясь, посмотрел на Женьку.

– Улыбку пластырем зафиксируйте, будет ничего, – решила девушка.

– Толку с тебя.

– Грубый вы, – укорила Женька и осеклась.

Рядом с Кощеем, во втором кресле, материализовался человек. От шока у Женьки дыхание сперло. Прямо напротив нее сидел благообразный старик, до ужаса кого-то напоминавший.

– Здравствовать тебе, братишка, – поздоровался Кощей, мигом обретая прежнюю манеру общения.

– И тебе, Чернобог, – отозвался старик.

– Знакомься, – Кощей пренебрежительно махнул в сторону Женьки. – Моя сообщница. Как же ее?

«Припоминая», он пощелкал пальцами и нахмурился.

– Оставь ты свои шуточки, – укоризненно попросил гость. – Здравствуйте, Евгения.

С трудом сглотнув, Женька лишь кивнула.

– Делай вид, что ее тут нет, – посоветовал Кощей и гостеприимно предложил: – Чаю?

– Да, спасибо. Вежлив, как всегда.

– Ты по делу или как? – спросил Кощей, наливая чай и добавляя сливки.

– Поговорить, – гость принял чашку, любезно предложенную братом, и отпил. – Все жду, пока ты образумишься.

– Так и состариться недолго, – посочувствовал Кощей. – Годы наши не те, чтобы меняться…

– Прекрати, – попросил Белобог. – Должен заметить, выглядишь ты неважно.

Кощей поморщился, показывая, насколько неверным было последнее замечание.

– Опять женщины, выпивка, авантюры? – прозорливо перечислил Белобог.

Женька не выдержала. Встревать в семейные разборки она не хотела, но Кощея обвинили напрасно, и чувство справедливости взяло верх.

– Ничего подобного! – возмутилась девушка. – Он только после драки себе лишнего позволил!

Кощей закатил глаза и тихо взвыл.

– Серьезно? – заинтересовался дедушка. – Сколько же он выпил?

– Не считала, – Женька пошла на попятную. – Его просто отравили.

– Ах отравили… Женщин было три?

– Две! – ответ вырвался прежде, чем Женька сообразила.

– Стареешь, – заметил Белобог.

– У тебя что-то конкретное? – лениво спросил Кощей, плюхнув себе в чашку пару кусков колотого сахара.

– Ты здесь пропадаешь, Чернобог. Возвращайся, – твердо попросил гость.