С этими словами Кощей надавил на щеки пленного, вынудив разинуть рот, после чего носовым платком прихватил язык и вытянул его наружу. Джеймс дернулся, но вырваться не смог.

– Интересно, – протянул Кощей. – Язык обложен, клыки увеличены, небо черное. Кто тебя укусил, Джимми? Это случилось до того, как ты сдал брата в полицию, или после? Ты сам попросил, надеясь стать сильнее Джонни, или просто несчастный случай? Может, став оборотнем, тебе было проще разделаться с конкурентами? Куда делся Терренс, Джим? Он же был правой рукой твоего брата. А Лари? Он всегда умел планировать и докапываться до истины. Куда делся Лари, Джим? Мак многое мне рассказывал, не сомневайся.

К чести Джеймса, он все же вывернулся из хватки Кощея и даже ринулся к выходу, но возле самой двери ему в глаз впечатался кулак, и сознание померкло.

Пробуждение было печальным. Все та же ненавистная физиономия и все та же бритва, только не на уровне глаз, а значительно ниже.

– Детей не будет, – скорбно констатировал Кощей. – Тебе на живую или как?

– Я расскажу. Завтра на похоронах, – пообещал Джеймс. – А ты не жилец, кем бы ты ни был.

– Да пожалуйста. На будущее – имей уважение, когда говоришь с лордом, босяк, – насмешливо сказал Кощей. – Теперь к делу. Ты говоришь прямо сейчас, я слушаю. Я не хочу тебя убивать, ты не хочешь быть мертвым. Итак, кто тебя укусил и когда?

Признавая свое поражение, Джеймс рассказал, как год назад к нему пришел человек с Ройял-стрит и предложил сдать Джонни. По словам того человека, Джонни все равно был обречен – дело времени, но сам Джеймс вполне мог занять его место, о котором давно мечтал, и продолжить «семейное дело». Поскольку особыми талантами он не блистал, пришлось согласиться.

– Отлично, – Кощей присел рядом на топчан. – Вместо того, чтобы прийти к Джонни или к Маку с просьбой «научи, дяденька», ты попросту одного сдал, другого убил.

– У меня не было выбора.

– Кто это был, Джимми? Из какого ты клана?

– Стауты. Меня укусил Бенджамин Стаут.

– Вот ведь, – Кощей с досадой стукнул себя по колену. – Они же… Ладно, Джимми, сделка есть сделка. Колись, что надо от меня и моей племянницы, и катись на все четыре стороны.

– Ты должен исчезнуть, кем бы ты ни был, Маком или лордом Блэкгодом. Твоя племянница станет наживкой. Говорят, слишком большой риск, что ты повернешь события вспять. Я не знаю какие, просто выполнял приказы.

– Понятно. Стало быть, Стауты тоже под крылом принцессы Анны?

– Откуда знаешь? – встрепенулся Джеймс.

– Птичка начирикала, – спокойно ответил Кощей. – На какую каторгу отправили Джонни?

– Забудь, – бросил Джеймс, и Кощей на миг обомлел от его насмешливого тона. – Он был смертник. Его казнили сегодня на рассвете. Только не надо нотаций, ты не моя мама. Он отказался сотрудничать и поплатился. А ведь знай ты раньше, попытался бы спасти. Да и «Мак», наверняка прикинул, как вытащить Джона с каторги. Скажешь нет?

– Согласен, – сдержанно кивнул Кощей. – Только объясни мне, Джимми…

– Ты дал слово джентльмена. Я могу уйти?

– О да. Конечно. Только последний вопрос. Терренс и Лари твоя работа?

– Они погибли от клыков бешеных псов, – со злой насмешкой сообщил Джеймс. – Лучше мне уйти, иначе твою девочку ждет та же участь.

– Конечно-конечно, – задумчиво отозвался Кощей и развязал ему руки.

Джеймс шагнул к двери, на ходу выхватил из-за голенища нож и метнул в Кощея. Тот успел отшатнуться, но Джеймс убегать не собирался, он ринулся на своего, как он считал, врага, достав на ходу второй нож и молниеносно раскрыв его. Удар едва не попал в плечо – лезвие прошло в полудюйме. Но Джеймс не угомонился. Он молча продолжал атаковать, вымещая всю свою ярость на этом человеке вечно снисходительном, то притворяющимися бедняком, то разъезжающим в карете. К застарелой ненависти и зависти добавился страх, что этот тип теперь мог любому рассказать о том, как арестовали Джона.

Еще пару раз увернувшись от ножа, Кощей наконец сообразил, что выхода у него нет. Он блокировал удар Джеймса и выбросил вперед руку с бритвой. Джеймс рухнул на прогнивший пол.

– Прости, Джонни, – с искренней скорбью пробормотал Кощей, выдернул лезвие из левого глаза Джеймса и тяжело выдохнул: – Он ничего не почувствовал. Клянусь.

Он взял за руку мертвого Джеймса и сосредоточился. Тут же перед его взором всплыли два хорошо одетых джентльмена, предлагавших работать на них. Затем смерть Лари и Терренса от клыков вновь обращенного оборотня, смерть Мака и, наконец, тело Джонни, болтающееся на виселице.

– Эх, Джимми, – с горечью сказал Кощей. – Ты его убил. А ведь я мог бы успеть…

Он вытер лезвие о рубашку трупа и вышел из дома.

Женька к тому времени закончила облагораживание собственного экстерьера и, отчаявшись дождаться Кощея, взяла экипаж и велела ехать к дому лорда Блэкгода. Вот там, прямо у чугунных ворот, она и увидела любимого дядюшку.

– К рыцарскому музею, – кратко велел Кощей, запрыгивая в коляску. – И побыстрее.

– Дядя Максет, что-то случилось? – тихо спросила Женька, пока они ехали.