— Ладно! — громко сказал он. — Серега, давай к моему дому.

— А она?

— У меня до утра пересидит. Стерва она, конечно, порядочная, но не бросать же ее здесь.

— Как знаешь, — буркнул Серега и стал заводить мотор. Марина молчала, вероятно обдумывая, подходит ли ей это предложение или нет. Стас категорично заявил:

— Только смотри, как только пойдет первый троллейбус, ты сразу уматываешь. Договорились? Марина не ответила, только презрительно фыркнула. Похоже, когда непосредственная опасность быть высаженной посреди ночных трущоб миновала, к ней снова вернулось ее привычное нахальство.

Оставшуюся часть пути проехали молча, только Серега приглушенно ругался. Наверное, вспоминал недавнюю драку. Вскоре «опель» подъехал к шестнадцатиэтажке.

Разглядев уносившуюся в звездное небо высотку, Марина уважительно вздохнула:

— Крутой домик. Так ты здесь живешь?

— Живу, — открывая дверцу, ответил Стас. — Ну, Серега, бывай. С утра созвонимся…

– Пока, шеф! Я бы завтра до ужина из постели не вылезал. Башка гудит, как колокол. Этот толстый ублюдок…

— Хорош, Серега, ну его в баню, — поморщился Стас. — Потом будем все обсуждать и анализировать. Пока!

Он вышел и захлопнул дверцу. Марина уже стояла по другую сторону «опеля».

Через открытое окно Серега напоследок счел нужным поддеть приятеля:

— Ну, Стасик, я думаю, что ты хоть немного развлекся, разогнал свою вечернюю скуку.

К Стас лишь махнул рукой. Когда «опель» отъехал, буркнул Марине:

– Пошли, что ли, — и, не дожидаясь ответа, зашагал к подъезду. Слышал сзади торопливое цоканье каблуков. И как она только умудрялась бежать по холоду в такой обуви? Ну, жить захочешь — еще и не такой спринт покажешь хоть в сапогах, хоть в калошах…

В подъезде сонная консьержка удивленно посмотрела на парочку. Похоже, она даже не сразу узнала Стаса. Губы у него были разбиты, на подбородке запеклась кровь. Всклокоченные волосы и основательно запачканный костюм с оторванными пуговицами завершали картину.

Старушка даже поначалу протянула руку к телефону, намереваясь, видимо, вызвать милицию. Но, приглядевшись, опознала в ночном гуляке старого жильца и лишь осуждающе поджала губы. Провожая парочку взглядом, консьержка про себя уже предвкушала, как утром будет рассказывать сменщице, что не успела сожительница Стаса Щербака куда-то умотать, как он уже привел на ночь девицу сомнительного вида.

Их ждал сюрприз: лифт не работал.

От бессильной злобы он едва не застонал. Ну почему именно сейчас, когда он устал как собака и меньше всего был расположен ковылять наверх пешком?

— Что, не работает? — ехидно спросила Марина, наблюдая за его безрезультатными попытками вызвать лифт.

— Нет. На ночь отключают… Придется топать.

— Какой этаж?

— Шестнадцатый, — злобно ответил он и направился к лестнице.

— Какой? — выпучила глаза девушка. — Ты что, издеваешься?

— Нет. Но если хочешь, можешь заночевать прямо здесь. Вон там возле мусоропровода лежит картонка. Устраивайся!

Где-то на середине пути Марина взмолилась:

— Давай передохнем немного! Я больше не могу. Упаду прямо сейчас!

Стас тоже чувствовал себя далеко не лучшим образом. Ноги уже гудели от напряжения, он с хрипом дышал и раздумывал, не присесть ли прямо на ступеньку. Остановившись, он обернулся.

Марина находилась метрах в шести позади, практически отставая на целый лестничный проем. Она вцепилась в перила, и только это обстоятельство удерживало ее от падения, так как ноги явно отказывались ей повиноваться.

— Это девятый этаж. Осталось семь. Ерунда…? У себя на этаже Стас долго не мог попасть ключом в замочную скважину, так сильно тряслись его руки. Пот заливал глаза и, попадая на кровоточившую губу, вызывал нестерпимую боль. Наконец входная дверь отворилась,

— Захлопни за собой! — проговорил Стас и двинулся в гостиную.

Упав на диван прямо в одежде, блаженно вытянул натруженные ноги. Кайф! Лежать бы так и не вставать! Пошатываясь, зашла Марина и сразу же спросила:

— Где у тебя ванная?

Глядя на ее перепачканную помадой, тушью и кровью физиономию, он усмехнулся: № — Да, умыться тебе не мешает.

— На себя лучше посмотри, — огрызнулась она. — Так где?

— По коридору налево. Вторая дверь. Не заблудишься. Она повернулась и вышла. Стас только сейчас смог как следует рассмотреть Марину и пришел к выводу, что для ее профессии она сложена идеально: стройные длинные ноги, довольно широкие бедра и почти осиная талия. Высокая, красиво очерченная грудь, правда несколько тяжеловатая, дополняла достоинства ее соблазнительной фигуры.