— Я только хотел бы поговорить, — сказал Смит.

— Идите за мной, — велела женщина.

Она повела Смита по расшатанной лестнице на самый верх дома. В полутемном, кишевшем тараканами коридоре она вдруг резко постучала в одну дверь, а потом распахнула ее.

— Говорите тут, — сказала она, впихнула Смита внутрь и закрыла за ним дверь.

Несколько секунд глаза Смита привыкали к темноте, царившей в комнате. А привыкнув, он разглядел одинокую фигуру молодой женщины с рассыпавшейся по плечам гривой черных кудрей. Она сидела скрестив ноги в углу разобранной смятой кровати в шортах и облегающей хлопковой блузке, три пуговички которой едва удерживали пышную роскошь ее груди.

Смит откашлялся.

— Это вовсе не обязательно, мисс, — сказал он, обеспокоенный тем, что голос его едва слышен. — Вы говорите по-английски? Habla ustet ingels?

Девушка выпростала из-под себя свои длинные ноги и встала. Ее шорты весьма соблазнительно натянулись на бедрах. Она молча подошла к Смиту, на губах ее играла едва заметная улыбка.

Смит так и не понял, что ее выдало. Может, нечаянный взгляд, или напряженность прильнувшего к Смиту тела. Он не знал причины, но был уже приготовлен, когда услышал первое движение притаившегося в засаде человека.

Смит, конечно, постарел и рефлексы его замедлились в сравнении с теми временами, когда он был действующим агентом. Но ни один человек с его подготовкой и прошлым никогда не теряет острого, как бритва, чувства опасности и не забывает, что следует делать, ощутив жалящее присутствие угрозы. Смит присел и резко развернулся, его локоть пришел в соприкосновение с чьим-то солнечным сплетением. Нападавший отшатнулся, в темноте было слышно, как воздух со свистом вырывался из его легких.

Теперь Смиту хватило времени, чтобы выхватить из-под мышки свой автоматический пистолет. Уложив мужчину на пол, он поставил ему ногу на шею, а пистолет нацелил прямо в лицо.

— А ну, быстро в постель, — через плечо бросил Смит молодой женщине.

И услышал за спиной ее легкие шаги, потом заскрипели кроватные пружины.

Смит узнал нападавшего мужчину. Это был как раз тот, вслед за которым он вышел из бара.

— Сомоан, — произнес Смит.

И это уже был не вопрос.

Мужчина что-то проворчал, и Смит сильнее вдавил каблук своего башмака в его шею.

— Ты — Сомон? — спросил Смит. И сильнее надавил ногой.

Пуэрториканец с трудом кивнул, глаза у него выпучились.

— Чего ради ты меня подставил? — Смит сильнее втиснул каблук.

Мужчина с бочкообразной грудью беспомощно дернулся, и Смит слегка ослабил давление, чтобы тот мог говорить.

— Это не моя идея, — выдохнул мужчина. — Ведь вам не я нужен.

— Я знаю, кто мне нужен. Зачем он подослал тебя ко мне?

— Книга...

— Он ее получил?

Сомон кивнул.

— Я заплачу за нее, — сказал Смит.

Глаза пуэрториканца широко раскрылись.

— Ты думаешь, что я не собираюсь платить, потому что у меня в руке оружие? — спросил Смит. — Я не хочу его применять и не хочу забирать вас обоих с собой. Мне нужна книга, и я за нее заплачу. Понял?

Мужчина кивнул.

Держа голову Сомона на прицеле, Смит отступил назад.

— Вставай, — велел он.

Сомон неуклюже поднялся, внимательно наблюдая за американцем, который подхватил с пола свой кожаный чемоданчик.

— Я хочу видеть Кинена Микулку, — сказал Смит.

Под дулом пистолета Сомон вел машину Смита среди мягких очертаний холмов тропического пояса. Щебеночное покрытие дороги сменилось гравием, потом грязью, и наконец дорога превратилась в нечто вроде проселка с полосками травы межу выбитыми в земле колеями. Машина остановилась у подножия холма, густо поросшего кустарником и гигантскими тропическими папоротниками.

— Дальше ехать нельзя, — сказал пуэрториканец. — Дальше надо идти.

Смит поднес пистолет к лицу Сомона.

— Иди первый, — велел он.

Они пробирались вверх узкой тропкой, извивавшейся по холму, густо поросшему зеленью. Где-то на середине склона Смит заметил рифленую цинковую крышу, сверкавшую в красноватых лучах заходящего солнца.

Сомон указал на нее.

— Он там, — пояснил Сомон. — У него тоже есть пистолет.

Ни на секунду не отводя глаз от лица Сомон, Смит крикнул:

— Микулка! Кинен Микулка!

Молчание.

— Меня зовут Смит! У меня на мушке твой приятель. Мы пришли одни. Выходи. Я хочу с тобой поговорить.

Через пару секунд Смит услышал шорох листьев около хижины, потом донесся голос:

— О чем вы хотите говорить?

— О деле. Я куплю у вас телефонную книгу.

— А кто вам сказал, будто я знаю, о чем идет речь?

Смит подтолкнул Сомона пистолетом.

— Все в порядке. Он знает! — крикнул пуэрториканец, — И у него есть деньги.