Шрифт:
— Тогда почему вы улыбаетесь? — спросил Римо.
— Наверное, просто нервы сдают, — ответил Перривезер.
Он хлопнул себя ладонью по губам. А Римо отметил, что пальцы у этого человека длинные, тонкие и угловатые, точно паучьи ножки.
— Нам лучше пойти и самим посмотреть на это существо, — сказал Римо.
— По-моему, это очень важно, — заметил Перривезер, — мой личный самолет ждет нас.
Римо отозвал в сторону Чиуна.
— Поговори с ним несколько минут. Я хочу связаться со Смитти и проверить этого типа.
— Хорошо, — ответил Чиун. Когда Римо направился к дверям, Чиун окликнул его:
— Ты можешь передать яйцекладущей, чтобы она возвращалась на свой пост. Хи-хи. Яйцекладущая. Хи-хи.
Римо набрал номер и долго прислушивался к гудкам, тем временем его вызов передавали из Олбани через Денвер и Торонто, пока наконец не зазвонил телефон на острове Сент-Мартин на Карибах.
— Алло? — ответил дрожащий голос.
Римо помедлил, прежде чем ответить.
— Кто это? — спросил он с подозрением.
— Это Берри, — ответил хнычущий голос. — Наверное, вы звоните доктору Смиту?
— Возможно, — с опаской ответил Римо.
— Я передам ему, что нужно. Его здесь нет. А мне так хотелось бы, чтобы он уже вернулся. Мне так его не хватает.
— Что за Берри? Кто вы? — спросил Римо.
— Берри Швайд. Я лучший друг доктора Смита. Самый близкий его друг. А вас ведь зовут Римо, правда? Чем я могу быть вам полезен?
— Когда Смитти должен вернуться?
— Не знаю. Мне так хочется, чтобы он уже был тут. Я так не люблю разговаривать по телефону, — ответил Берри Швайд.
— Передайте ему от меня сообщение, ладно? — сказал Римо.
— Давайте. Я запишу.
— Передайте ему, что я хочу получить сведения о человеке по имени Перривезер. Валдрон Перривезер Третий.
— Это имя начинается с "П"? — переспросил Берри.
Римо повесил трубку.
В особняке Перривезер повел их мимо сияющей белизной лаборатории в темный коридор.
— Разве вы не хотели, чтобы мы осмотрели лабораторию? — спросил Римо.
— Через пару минут. Но сначала я хотел бы показать вам кое-что другое. Вон там есть комната. Пойдемте за мной.
— Здесь пахнет чем-то нехорошим, — сказал Чиун по-корейски, пока они шли в нескольких шагах позади Перривезера по пыльному, устланному ковром коридору.
— Возможно, это его ногти, — также по-корейски ответил Римо. — Ты обратил на них внимание?
— Однако ж его одежда безукоризненна.
— А что это за болтовня, будто Дара — яйцекладущая? — спросил Римо.
— Ах, это, — отмахнулся Чиун.
— Да, именно это.
— Когда говоришь о белой женщине, все сойдет, — ответил Чиун.
— Будем считать, что я этого не слышал, — сказал Римо.
— Он пришел в ярость, когда ты употребил слово «козявки», — заметил Чиун.
— Странно для человека, который все время с ними работает. Может, он держит их у себя под ногтями в качестве домашних животных.
— Тише, — зашипел по-корейски Чиун.
— Что такое?
— Из комнаты в конце коридора доносятся какие-то звуки.
Римо напряг слух. Старик прав. За толстой дверью в конце коридора кто-то дышал. Судя по звуку, кто-то очень большой. По мере их приближения дыхание становилось все громче.
— Может, кто-то храпит, — сказал по-корейски Римо. — Судя по тому, как выглядит это место, сон здесь — самое большое развлечение.
Чиун не улыбался.
— Что там, Чиун? — спросил Римо. — Что за зверь?
— Два существа, — ответил Чиун.
Шум стал громче. Воздух со свистом вырывался из легких, так что казалось, будто легкие эти — из бетона. Приблизившись к двери, Римо и Чиун почувствовали, что за ней таится нечто ужасное. Воздух стал холоднее, появился отвратительный запах.
— Следи за дыханием, — коротко бросил Чиун по-корейски.
Зловоние клубилось вокруг них точно дым.
Перривезер отступил в сторону от дверного проема.
— Что там такое? — поинтересовался Римо.
— Существа, которые я хотел вам показать, — ответил Перривезер. — Подождите меня здесь. Я должен кое-что принести из кабинета.
— Мы подождем, — ответил Римо, когда Перривезер быстро пошел прочь.
Чиуну же он шепнул:
— Что бы там ни было, оно знает, что мы приближаемся.
— И ему это не нравится, — сказал Чиун.
Звуки за дверью на миг стихли, потом точно взорвались — и резко смолкли.