— Удивительно, куда заводит нас жизнь.

Он кивнул.

— Дерек не отказался от своей мечты и купил этот дом, а я решил найти себе место поэкзотичнее.

— Например?

— Например, на Французской Ривьере или в Буэнос-Айресе. Да хоть в Монтерее. Любое место экзотичнее нашего старого доброго Комфорта, штат Орегон.

— Но теперь ты здесь.

— Да, теперь я здесь. — Шон провел ладонью по волосам. — Господи, до чего я скучаю о нем. Все это так несправедливо. Я не должен находиться здесь, жить его жизнью. Не должен заменять его.

— От тебя никто и не ждет этого.

— Чего же от меня ждут?

Лили подумала о том, как вели себя Чарли и Камерон сегодня — они все еще страдали, но уже начинали восстанавливаться после своей потери.

— Думаю, именно того, что ты уже делаешь.

Опершись ладонями о колени, Шон смотрел на сад с рододендронами и фруктовыми деревьями, на старые хосты, широко раскинувшие свои листья в их тени.

— Меньше всего на свете я ожидал такого.

— Никто из нас не ожидал. Кстати, насчет Моры. Я не хотела говорить так предвзято сегодня утром.

— Ты думала о детях.

«Так ли это на самом деле? — спросила себя Лили. — Да, это должно быть так. Потому что если дело не только в детях, значит у меня большие проблемы».

— По-моему, она хороший человек. Она так много работает, чтобы стать врачом. Это внушает уважение. — Ее голос звучал так фальшиво! Наверняка Шон тоже это заметил.

— Я пойду прогуляться, ладно? — Камерон открыл заднюю дверь.

Шон поднялся и повернулся к нему.

— Прогуляться где?

— Где-нибудь.

— Тебе придется уточнить.

— Почему?

— Потому что я не хочу никаких сюрпризов. Помнишь, мы уже говорили об этом. Я ненавижу сюрпризы.

Камерон вышел на крыльцо. Под мышкой он держал свой скейтборд.

— Если ты будешь постоянно контролировать меня, я застрелюсь. — Он едва скрывал раздражение.

Лили с трудом удержалась от замечания. Шон молча ждал.

— Я просто собираюсь прогуляться с друзьями.

— С какими?

— Господи, дядя Шон…

— Господь тут ни при чем. — Взгляд Шона был прикован к лицу племянника.

Лили напряглась, чувствуя, как воздух между ними начинает вибрировать. Воспитательные приемы Шона, если их можно было так назвать, поражали ее. Он полагался только на свою интуицию, а не на опыт, но при этом был всегда уверен в себе.

«Наверное, в этом все дело, — подумала она. — Никогда нельзя показывать им, как ты в действительности напуган».

Камерон сдался первым. Он отвел взгляд, явно решив, что игра не стоит свеч.

— Поеду домой к Джейсону. Он живет на Мидоумир.

— Позвони, если вы соберетесь куда-нибудь еще.

— Ладно.

— И ты должен вернуться в одиннадцать.

— Сегодня же суббота!

— Именно поэтому я не сказал «в десять». Либо ты возвращаешься к одиннадцати, либо вообще никуда не идешь.

Камерон хмуро попрощался и ушел.

— Ты отлично управляешься с ним, — заметила Лили.

— Ага, спасибо. То-то он так доволен.

— Я не шучу. Камерон пытается устанавливать свои правила, но ты не позволяешь ему делать это.

— Я вообще не понимаю, откуда все эти конфликты. Мы же с ним на одной стороне!

Они сидели на крыльце, глядя, как солнце садится за горизонт. В тенистом уголке сада щебетали птенцы. Лили допила холодный чай из своего стакана. Было самое время сказать: «Пока, это был прекрасный день, увидимся позже», — но вместо этого она сидела, наслаждаясь легким ветерком и последними красками дня, постепенно тонувшими в наступающих сумерках.

— Ты сказала это всерьез? — внезапно спросил Шон. — О том, что я хорошо справляюсь?

— Да. — Лили ни на секунду не усомнилась в этом. — При том, через что проходят сейчас дети, любому человеку было бы с ними нелегко. Они переживают страшное время, но все потихоньку налаживается.

— Значит, учительница ставит мне пятерку, — улыбнулся Шон.

Она посмотрела на его лицо, освещенное последними лучами солнца. Оказывается, ее слова много значат для него.