Поколебавшись, Серена предложила:

– Снимай, а я надену на себя. Под плащом никто не разглядит.

Что мы и провернули. Пока возились с экипировкой, я спросил Серену, спрашивали ли её эти типы о чём-нибудь, связанном со мной. Шмыгнув, она покивала, а потом задрала нос и заносчиво сказала:

– Они спрашивали, изменился ли ты в последнее время. Я ответила, что секс с тобой в последнее время стал возносить меня к небесам!

И заплакала.

Снова обняв её, я промолчал. Как утешать плачущих женщин - не знаю. Говорят, чаще обнимать надо. Так они чувствуют себя защищённей. Но это я вспомнил потом. А сейчас она плакала и выглядела слишком одинокой, в то время как я - рядом. И я обнял.

Серена вздохнула и спросила:

– Нам есть куда идти? Ты замёрзнешь.

– Есть. И не думай, что мы народ пропащий. Мы народ богатый. Если только никто не догадался прикрыть мой кредит.

Мельком я подумал, что Лэндон должен привезти Дилана к доктору Арнольду, а уж от него - к профессору. Я не знаю, где мы находимся на Нижнем, так смысл ехать к доктору? Лучше сразу к Легатте. Тем более адреса доктора я не знаю, помню путь в его кабинет чисто визуально. Адрес же профессора заучен наизусть.

– Мы возьмём такси?
– спросила Серена.

– Или такси, или попутку - что поймаем, - ответил я, слегка ухмыльнувшись и лишь потом обеспокоившись, как воспримет она последние слова: в них я вложил несколько иной смысл, нежели тот, к которому она привыкла.

Ибо машину ловить я намерен на полном серьёзе. Я же не знаю, как здесь, на Нижнем, с такси.

Мы огляделись. Здесь не так, как под моими окнами переулок, который подпирают два дома-квартала. Здесь - небольшая площадь, заставленная трейлерами, тесно уткнувшимися друг в дружку. В ночной густой темноте - настоящий посёлок. Легковые машины здесь вряд ли обитают, а их обладатели вряд ли сюда заезжают. Благоразумно с их стороны… Надо выбираться на дорогу.

– Стрелять из пистолета умеешь?

– В боевиках видела. Покажи - выучусь сразу. Я в технике быстро разбираюсь.

Чуть не поцеловал - с трудом удержался. Отдал ей один "Скорпион", почти на ощупь показал, где что. Она повторила за мной инструкции и кивнула. Молодец.

Взявшись за руки, мы вдоль стены пошли направо. В этом направлении я решился идти именно потому, что стена дома на Среднем выводила на дорогу-серпантин.

Кажется, в импровизированном трейлерном посёлке мы никого не потревожили, поскольку без препятствий добрались до угла дома. Дорога за углом не ахти какая широкая. С другой стороны её теснит следующий дом. Как я и предполагал, ближе к посёлку освещения тоже нет. Чуть далее, по обеим сторонам от выхода с площади, далековато отсюда, фонари ещё горят, пусть и редкие. Что оказалось хуже отсутствующего освещения - машин здесь нет. То ли район похуже моего, где обычно приземляюсь, то ли что ещё, но дорога отличалась какой-то холодной пустынностью.

– Некоторое время нам придётся идти пешком, - предупредил я.

– Ага, - сказала Серена и погладила ствол "Скорпиона".
– Вадим, я в плаще, а под ним - джемпер. Может, плащ - тебе?

– Спасибо, милая. Только вот незадача - в плечах у нас небольшая разница. Ничего, потерплю. Думаю, в течение часа мы будем на месте. Не успею замёрзнуть.

Она крепче сжала мою ладонь, и мы вышли на обочину тихой дороги, в тень дома напротив… Если бы не холод, я бы наслаждался ночной прогулкой. Глуховатый шаг. Сумрак, подчёркнутый далёкими фонарями. Одни в пустынном мире.

… Под колени врезали внезапно и сильно. Набок рухнул так неожиданно, что Серена не успела разжать пальцы и невольно нагнулась вслед за мной.

– Вадим, что случилось?!
– шёпот как крик.

Ответить не мог: рот перекосило, лицевые мышцы закаменели. Весь будто схваченный и зажатый судорогой, я лежал и ничего не понимал сам. Что происходит… Боль, жестокая и доселе невообразимая, что такая может быть на свете, разодрала меня от головы до ног. Я замычал и обнаружил, что связки тоже скованы - говорить не могу. Потом - меня деловито стали перемалывать в мясорубке, дробя в костную муку и в самый настоящий фарш, одновременно сжигая в слепящем ядерном взрыве…

Очнулся я, больной и изломанный, спиной прижатый к стене дома, с маленькой, но железной ладонью на моих губах. Шевельнулся. Вроде получается. Медленно, осторожно, боясь боли, поднял руку, погладил ладонь Серены.

– Тс…

Ладонь исчезла. Я завозился на месте, стараясь сесть удобнее. Раздирающая боль откатила - эхом осталась в измученных судорогами мышцах. И вдруг - ужас ледяной волной по телу: я без оружия! Зашарил лихорадочно вокруг себя: шершавый асфальт, камешки. Что-то резануло по пальцу. Стекло… Маленькая ладонь поймала ищущую руку.

– Тихо…

Моя железная леди выдержала несколько секунд, прежде чем я перестал дёргаться, и отпустила. В грудь что-то ткнулось - и я вспотел от облегчения. Оружие. Ещё через секунды я полностью пришёл в себя, чтобы вспомнить о двух пистолетах в ботинках.

Мы сидели у дома, как я и сообразил, более-менее придя в сознание. Я - прислонившись к стене, Серена рядом - на коленях. Всё внимание - дороге. И её, и двух "Скорпионов" в её руках. Я медленно, пока ещё страшась резких движений, повернул голову. Мгновением позже я подтянул ноги, чтобы вытащить из левого ботинка оружие.